Книга Черное пламя Раграна 3, страница 42 – Марина Эльденберт

Я чуть не подавилась воздухом, а Вайдхэн в упор посмотрел на сына, который в упор смотрел на него. Небо, как же они похожи! Я, наверное, была в бреду, когда думала, что это никогда не вскроется. Никогда не станет известно, что это — его сын, с каждым годом обретающий все больше и больше знакомых черт. Тот же изгиб губ, намечающийся резкий подбородок, изгиб бровей, тяжесть надбровных дуг… да тут одного взгляда хватило бы.

— Ты не заставишь нас оставить маму! — выпалил Роа.

— И не собирался. Вы сами уйдете, потому что вашей матери нужен отдых.

— Последний раз, когда ты так сказал, ты увез нас, — теперь уже брови сдвинула дочь и попятилась за меня.

Я даже руку выставила, чтобы загородить ее от Вайдхэна, а в сына вцепилась: не отдам, пусть только попробует приблизиться.

— Да, но это больше не повторится. Ваша мама будет жить здесь. И вы будете жить здесь.

— Наш дом не здесь! — Роа топнул ногой.

— Здесь. Отныне и навсегда. А с вашей мамой через пару месяцев мы поженимся.

«Вашу маму!» — подумала «ваша мама». Хорошо хоть подумала, а вслух не сказала, потому что была к этому близка. Потому что этот «ваш папа» отлично знал, что при детях я не буду выяснять отношения. Даже если очень хочется. Даже если очень хочется кое-кому посоветовать включать иногда мозги!

— Риамер Вайдхэн пошутил, — сказала я, разворачивая сына к себе. — У него очень странное чувство юмора.

— У меня нет чувства юмора, — прокомментировал риамер Вайдхэн.

— Вы очень самокритичны, — тактично отозвалась я и снова взглянула на детей. — Роа, Риа, я вам все обязательно расскажу и все объясню. А пока давайте просто побудем вместе, я безумно по вам соскучилась!

— Мы тоже соскучились, мамочка! — мигом поддержала моя дочь, и Роа оставалось только смириться. Сестру он обожал, и все, что она говорила, сомнениям не подвергалось. Да каким там сомнениям! Это была сразу безоговорочная поддержка. За время общения с близнецами я даже несколько раз этим пользовалась: например, когда младший сын становился упертым, как его… риамер Вайдхэн.

Мы все забрались на постель, Риа вцепилась в подушку. Она обожала обниматься — не суть важно, кого. Братьев, плюшевого дракона, Элеграда, меня, подушки. Роа это терпел в виде исключения. Сейчас же он просто сел напротив меня, по-прежнему такой серьезный и, кажется, повзрослевший за несколько дней.

— Лар тоже очень по вам скучает, — сказала я. — Очень ждет, когда сможет снова вас увидеть.

— И мы, — серьезно произнес Роа.

Не знаю, что там думал и чувствовал Вайдхэн, я на него принципиально не смотрела, но его присутствие стеной выросло между мной и детьми. Потому что я-то не смотрела, а вот Риа и Роа поглядывали, особенно дочь. С опаской, будто он может просто подхватить ее и унести от меня. Впрочем, почему будто. Однажды он это уже сделал.

— Как вам Рагран? — спросила я, чтобы хоть как-то подвинуть эту стену. — Я здесь родилась, в этом городе. Представляете? Была тут совсем ма-а-аленькой, бегала по улицам с мамой и папой.

— Не знаю, — Роа вздохнул. — Мы особо нигде не были.

— Мы вообще нигде не были. Нас только на смотровую площадку няня водила.

— На балкон, — поправил ее брат. — Она хотела сказать на балкон.

— На балкон! Но здесь так высоко, что это как смотровая площадка.