Книга Черное пламя Раграна 2, страница 107 – Марина Эльденберт

Он действительно надеялся, что у них с Авророй будут дети.

Общие дети.

Его сын или дочь, которого или которую он возьмет на руки после первого крика. Его ребенок с глазами Авроры и темными волосами, или наоборот — все это неважно. Сама мысль о том, что всего этого не будет, душила, мешала дышать. Еще сложнее стало дышать, когда пришли обещанные анализы, и когда он увидел то, что увидел.

Солливер Ригхарн была человеком на сто процентов, но в ее крови обнаружили маркер черного пламени. Маркер черного пламени непостоянный, не делающий ее иртханессой. Сопоставить образцы ее крови с образцами Авроры было уже невозможно по понятной причине, но он все-таки отправил результаты еще и в свою лабораторию. Откуда получил ответ, что да, с наибольшей вероятностью это была та же переменная, что сейчас появляется и исчезает в крови риам Этроу.

Только в Авроре она от него.

А в Ригхарн была от ребенка, которого она носила. От паразита. От убившего ее существа, отчаянно цеплявшегося за жизнь.

От всего этого стало жутко настолько, что, пожалуй, впервые за долгое время он просто утратил контроль. Нахлынувшие на него чувства были настолько острыми, резкими, болезненными, настолько раздирающими на части, что дыхание зацементировалось в груди, как остов фундамента дома вокруг стержней арматуры.

Он не мог думать ни о чем, кроме цифр и показателей Ригхарн, кроме показателей ее угасающей жизни, тогда как внутри нее набирала силу новая, маленькая. Сказать, что было бы, будь жив «синтезированный» отец ребенка, не мог никто, но это было и неважно. Если существует хоть малейшая вероятность того, что такое может произойти с Авророй… детей у них не будет.

Никогда.

Он вынырнул из этого, как в свое время из глубокого забытья после того, как его организм справлялся с силой черного пламени, подаренного ему в пустошах Ферверна. Едва снова начал осознавать себя — сидящего с каменным лицом на заднем сиденье флайса, сдавившим смартфон до хруста, как последний ожил.

Звонила Аврора. Стоило немалых усилий выровнять свой голос до привычного и ответить буднично и легко:

— Аврора? Что-то случилось?

— Я… нет. Да… я думала, что-то случилось у тебя. Я просто почувствовала… что-то странное.

Почувствовала. Разумеется, она его чувствовала. Из-за черного пламени. Из-за проклятого черного пламени, не будь которого в его венах, они могли бы иметь детей!

— Что именно? У меня все хорошо.

— Хорошо. Хорошо, — она повторила это два раза, будто пыталась убедить себя. Или его.

Возможно, и его, и себя, потому что все, что только что пережил он, пережила и она. Чем дольше она остается одна, тем больше будет в этом вариться. Поэтому Бен сказал то, что сказал:

— Готовься к ужину и поднимайся в ресторан. Я немного задержусь, мне нужно кое о чем переговорить с Халлораном. Потом освобожусь — и сразу к тебе. Ни о чем не думай и отдыхай.

Ему нужно было время. Время, чтобы пережить то, что он только что узнал. Время, чтобы справиться с чувствами и снова запереть это внутри себя, или же… просто принять. Просто принять тот факт, что их драконята отменяются. Навсегда.

— Я дождусь тебя в номере.

— Не стоит. Я могу задержаться и не хочу, чтобы ты сидела в номере после того, как тобой занимались вайшеррские стилисты.

— Кто?