Книга Черное пламя Раграна 2, страница 115 – Марина Эльденберт

Так что ехала я отнюдь не на пустое место, как боялась моя мама. С ней мы ненадолго пересеклись в кафе перед отъездом, и она пожелала мне удачи.

— Ты же знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне, Аврора, — сказала она.

— Знаю, — тактично ответила я.

Но обращаться не собиралась. В глубине души я так и не нашла в себе сил до конца простить ее за то, что она выбросила меня из жизни. Да, она пожертвовала своей, чтобы со мной ничего не случилось, но все это не отменяло того, что было. Все мои попытки сгрызть себя за то, что не получается быть хорошей любящей дочерью разбивались о годы одиночества, школьные драки, упреки отца, постоянно пенявшего, что я — истинная дочь своей матери, бессонные ночи с Ларом, в которые я укачивала и кормила сына с мыслью о том, что рассталась с ней навсегда, и, видимо, я просто была не готова к этой встрече. Не готова к тому, что спровоцировал Бен, и погружаться в наши несостоявшиеся отношения еще больше мне сейчас не хотелось.

Впереди меня ждала совсем другая жизнь и воспитание теперь уже двух детей, которые никогда не смогут сказать, что их матери рядом не было.

Сложности заключались разве что в том, что моему ребенку был нужен «отец». То есть мужчина, которого можно записать отцом, чтобы ни у кого не возникало лишних вопросов. Увы, но я пока не представляла, что с этим делать. Точно так же, как не представляла, что делать со своей очень странной беременностью.

Во-первых, у меня полностью прошел токсикоз. Я чувствовала себя так, как раньше, правда, ела как не в себя. Во-вторых, мне нужно было показаться врачу, но врачам мой ребенок показываться отказывался — а даже если представить, что что-то в этом отношении изменилось, то есть если не сдавать анализы, а идти сразу на УЗИ, я смутно представляла, что говорить врачам: любой нормальный врач тут же определит срок, а срок — прямое указание на того, кто отец ребенка. Понятно, что существует врачебная тайна, и все такое, но я не хотела даже думать о том, что будет, если Бен обо всем узнает.

С одной стороны не хотела, а с другой…

Из мыслей меня выбил звонок в дверь, мелодичным эхом разнесшийся по дому.

— Привет, Аврора, — с улыбкой поздоровалась Эла, наша новая няня. В отличие от Нии, она была молодая, светловолосая и такая солнечная, что я после одной беседы и знакомства с Ларом сразу остановила выбор на ней.

— Привет. Лар еще спит. Никак не привыкнет ко времени после переезда.

Два часа разницы, а мой сын изображает тураску[1]. Милую такую тураску, которая спит почти до обеда.

— Ничего. Я пока как раз завтрак приготовлю. Ты знала, что дети просыпаются на вкусные запахи?

— О-о-о да, — рассмеялась я. — Еще как знала.

Тем более что я сейчас тоже с радостью просыпалась на вкусные запахи и умудрялась сочетать несочетаемое, вроде чипсов и мармелада одновременно. Или бекона с джемом из литтоновых ягод.

— Ты надолго?

— Нет, на пару часов. Сегодня последний день перед открытием школы, хочу убедиться, что все готово.

— Да, это дело такое, важное, — Эла кивнула. — Тогда до встречи.

— До встречи.

Я забежала к себе в комнату, чтобы взять сумочку, бросила быстрый взгляд в окно. Квартиру в Зингсприде я снимала, небольшую, но достаточно уютную, а главное, в хорошем районе, неподалеку от здания, где располагалась моя школа. Две спальни (моя — с панорамными окнами), внизу — кухня-гостиная-холл, вот и вся квартира, но мне нравилась. В Аронгаре такая планировка была очень популярной и распространенной, местные архитекторы любили двухэтажные квартиры.