Книга Парящая для дракона. Обрести крылья, страница 175 – Марина Эльденберт

— Привет, Льдинка. – Мама наклонилась чуть ближе. – Это я. Твоя бабушка… Лаура! Это так странно звучит.

Я улыбнулась и потянулась за печеньем и кофе.

Определенно, это была одна из самых счастливых минут в моей жизни.

— Не спится? – Голос Торна раздался так неожиданно, что я подпрыгнула. Насколько можно подпрыгнуть в постели.

— Ты же заснул!

— Когда я заснул, ты тоже засыпала. – Он взял меня за плечи и развернул лицом к себе. – Но вот уже минут двадцать ты лежишь, тихонько пыхтишь в подушку и стараешься меня не будить.

— Угу.

— Угу?

— Я все равно не могу перестать думать про ребенка.

— Про ребенка Солливер, я так полагаю.

— А говоришь, не читаешь мысли.

— Сейчас в этом нет необходимости. Зная, о чем вы говорили, и зная тебя… – Торн сделал многозначительную паузу.

В темноте его глаза без крупиц пламени казались темными. Почти черными.

Я коснулась лица своего мужчины, скользнула пальцами по подбородку, ощущая подушечками легкую небритость, набежавшую за день. Мы с ним действительно почти не говорили о Солливер, так, вскользь. Когда я в приподнятом настроении вернулась от мамы, мне казалось, что я знаю, что делать. На сто процентов была в этом уверена, поэтому мы больше внимания уделили главе Фияна, который, как выяснилось, всерьез задумался над реформой Ферверна как примером для своей страны.

Даже когда я ложилась спать, мне казалось, что меня отпустило.

Но потом я провалилась в легкую полудрему, а вынырнула из нее с дико колотящимся сердцем, потому что мне привиделось, что я в Аронгаре, в клетке, и что мою Льдинку исследуют подчиненные Халлорана. Конечно, это был всего лишь сон, бред, и эти «минут двадцать», как утверждал Торн, я убеждала себя в том, что к ребенку Солливер это не имеет никакого отношения, что с ним такого не будет и что она не будет наблюдать за этим из клетки.

Точнее говоря, она вообще не сможет за ним наблюдать.

А он…

— Торн. Что Арден говорит про этого малыша?

— Пока что рано что-то говорить. Его пламя – учитывая особенность Лодингера, во что его превратил Кроунгард, – пока в зачаточном состоянии и почти все время спит. Но всплески все равно случаются. Незначительные. Чем дальше, тем больше их будет – так уверяет Арден.

— И что будет с Солливер?

— Ей потребуется вливание пламени. Хотя бы минимальное. У нее в организме нет защиты, как у тебя, она на сто процентов человек.

— Но почему Арден уверяет, что она не выживет?

— Потому что женщинам достаточно сложно пережить рождение ребенка с любым сильным пламенем. Что касается черного… – Торн многозначительно замолчал, но потом все же продолжил: – Если сопоставить силу глубоководных с любым другим существующим пламенем, она все равно будет на порядок выше. Даже самая маленькая ее частица.

Я кивнула. Насколько это можно сделать, лежа на подушке.

— И… что с ним будет?

— Зависит от многих факторов.

— Но он же не будет постоянно заперт в исследовательском центре?

— Его пламя сложно контролировать. Говоря по правде, даже я с трудом справлялся со своим, а у меня было подспорье в виде ледяного.

Я прикрыла глаза.

— Торн. Мы должны его усыновить.

Мысленно я готовилась ко всякому, но только не к легкому смешку, поэтому от удивления широко распахнула глаза.

— Я все ждал, когда ты это скажешь.