Книга Парящая для дракона. Обрести крылья, страница 80 – Марина Эльденберт

Глядя на то, как пытается подняться стрелявший в Верража мергхандар, шагнула к нему. Я больше не чувствовала себя, зато чувствовала эмоции и чувства других. Пытавшегося собрать силу Ардена, которого ледяной панцирь приковал к стене. Страх иртхана, чье оружие отлетело в сторону, недоумение, сменяющееся решительностью, двух ворвавшихся в комнату мергхандаров и боль плачущего драконенка.

— Ф… на Х. дфнгр… – услышала я и вскинула руку.

Вошедших вышвырнуло за дверь, которую запечатало ледяной броней, а я уже приблизилась к поднявшемуся мергхандару.

Удар, который должен был меня уложить, сейчас показался просто легким тычком в грудь, я выкинула руку вперед, текущий с пальцев лед впился в его шею, и страха стало больше. Страха, а еще ненависти и злобы, чего-то темного, мерзкого, и я прошипела, глядя ему в лицо:

— Что. Ты. С ним. Сделал.

Мергхандар беззвучно открывал и закрывал рот, лед стекал по мундиру, вползал под него.

— Говори.

Это прозвучало откуда-то издалека, но голос был мой.

— Раннарская… трава… раствор… отложенный… приказ…

— Кто? – Я сжала пальцы сильнее, и от моего прикосновения припаявший его к стене лед таял, как пластилин. Хотя, возможно, как пластилин была кожа на его горле, которая сминалась под моими пальцами легко, без усилий.

Он судорожно вздохнул, пытаясь урвать глоток воздуха.

— Кто тебя прислал?

— К… Крейд…

Я сжала пальцы сильнее, и в этот момент услышала писк. Жалобный, надрывный, и обернулась. Гринни, которая выползла непонятно откуда, тыкалась носом в морду Верража и кричала. Не просто кричала – плакала.

Драконенок судорожно дышал. Рвано, урывками.

Не сводя с меня гаснущего взгляда, и вот это действительно было как удар в грудь – такой, от которого из меня выбило весь воздух и закружилась голова. Я разжала пальцы и бросилась к Верражу. Упала рядом с ним, обнимая руками, всем телом.

Он не может умереть…

Он просто не может умереть!!!!

Но он умирал, я это чувствовала. Чувствовала, как тонкой струйкой уходит из тела жизнь, а вздохи становятся все более рваными и более короткими.

— Нет, – прошептала я. – Нет, нет, пожалуйста, нет…

Прижалась к нему всем телом, зажмурилась на миг и снова открыла глаза, сквозь пелену слез я видела только мордочку Гринни и опускающиеся веки Верража. Когда они сомкнулись, я закричала. Снова… но крика на этот раз не услышала, потому что его поглотила боль. Такая боль, словно со спины сдирали кожу.

Мгновение – и полыхнувшее вокруг пламя окутало нас троих. Фиолетовое, дрожащее, текущее сквозь меня, оно впитывалось в драконенка как бесчисленные соединяющие нас пуповины. Пелена перед глазами сгущалась или, если быть точной, утолщалась, отрезая нас от остальных. Я не совсем понимала, что происходит, слышала только удары четырех сердец: тонкие, как ниточка пульса, – Льдинки, еле слышные, быстрые – Гринни, тягучие, глухие, замедляющиеся – Верража, и свои, отдающиеся в его теле.

— Я люблю тебя, маленький, – прошептала, прижимаясь еще сильнее. – Слышишь?

Невесть откуда над нами раскинулись крылья – огромные, фиолетовые, накрыли, укутали нас, но я уже не различала, что реальность, а что нет. Меня затягивало в бесконечное фиолетовое пламя, которое разрасталось, разрасталось и разрасталось. Единственное, за что я цеплялась – это за биение сердца Верража под моей ладонью, которое продолжалось.