Книга Парящая для дракона. Прыжок в бездну, страница 110 – Марина Эльденберт

Драконы, я даже не представляла, каково это!

Вокруг рассыпается бликами солнце, вода подхватывает меня, и я переворачиваюсь на спину. Зажмуриваюсь от яркого света и счастья и вдруг чувствую тоненькую пульсацию внутри. Это как ответ на мое счастье, и мне сейчас невыносимо хочется смеяться.

— Привет, Льдинка. – Океанская вода позволяет мне положить руки на живот, по-прежнему лежа на спине. – Тебе тоже нравится плавать? Я тебя научу, обещаю.

Пульсация становится чуть сильнее, ударяет в пальцы тоненькими иголочками холода.

Если мы сейчас с ней так общаемся, то что же будет через два месяца? Через три? На последних сроках беременности? Мы качаемся на волнах вместе, и это странное чувство, как будто я сама еще не родилась. Особенно если закрыть глаза и представить, что вот это обтекающее тебя тепло – бесконечная безопасность. Мне так уютно, что даже не хочется разворачиваться и куда-то плыть, ни обратно к берегу, ни дальше.

— Да дракона ж твоего налево, Вэйд! Я кому говорил, не заплывать далеко?!

От этого более чем резкого голоса я подпрыгиваю прямо в воде, погружаюсь с головой, изрядно наглотавшись соленой водички. Ладно, она полезная, но когда я выныриваю на поверхность (вся такая прекрасная, волосы на лице), то сквозь мокрые пряди вижу на некотором расстоянии от себя Джермана Гроу.

Передо мной Джерман Гроу. Это как, скажем, увидеть… Джермана Гроу. Ничего другого я придумать не могу, но, к счастью, он в мою сторону даже не смотрит. Вылавливает из океана ребенка, то есть своего сына. У них с женой сын, я об этом тоже где-то слышала. Ну если не сказать видела, потому что в фильме, который я смотрела, было очень много о них, и там у главной героини был сын. И у них тоже сын.

Вся эта связка крутится у меня в голове, пока ребенок возвращается чуть ли не от ограничительной цепочки, причем с такой скоростью, что ему может позавидовать профессиональный пловец. На меня тоже не смотрит, только на отца – весьма виновато, и говорит:

— Пап, я всего один раз.

— На берег!

После этой команды, когда мальчик наконец выходит из океана, на меня оглядываются. Окидывают ровно тем взглядом, которым можно было бы посмотреть на шезлонг, и направляются следом за сыном. Его жены нигде не видно, а я делаю глубокий вдох и ухожу под воду. Под водой безопаснее как-то, можно просто сидеть и пускать пузыри, и не думать об этом вот всем.

Впрочем, под водой я сижу ровно до того момента, когда что-то касается моей ноги. Я с визгом выныриваю, кашляю и обнаруживаю напротив себя Бена, который смотрит на меня в упор. Слишком близко. Я смотрю на капельки воды, которые блестят у него на плечах, мне надо думать о Джермане Гроу, а я думаю о капельках.

— Ну и? – говорит он.

— Что?

— Собираешься ты ему презентовать свой проект или так и будешь изображать самку водного дракона?

— Ну ты же изображаешь самца набла, – хмыкаю я, а потом замираю, глядя на него. – Стой. Погоди. Ты что… знал? Но… как?!

— Скажем так, я быстро ориентируюсь в информации, которую получаю.

— Погоди, но я тебе даже не говорила… Точнее, говорила, но уже здесь, в Зингсприде.

— Значит, мы просто мыслим в одном направлении. Когда ты мне показала свой бизнес-план, я сразу понял, что ему нужно имя. Помимо твоего, разумеется. Джерман Гроу просто удачно подвернулся со своими выходными в Зингсприде.