Книга Парящая для дракона. Прыжок в бездну, страница 50 – Марина Эльденберт

— Лаура. Могу я называть вас так?

— Зависит от того, что вы хотите мне сказать. – Я сложила руки на груди.

— Я знаю Торна очень давно. Поверьте, вам лучше вернуться, если вы беременны. Или позвольте мне сделать анализы, если нет.

От такого заявления я даже не сразу нашлась, что сказать.

— Мы с ним знакомы со времен академии. Обучение иртхана начинается, когда ему шесть, и заканчивается, когда ему двадцать три. Все это время мы учимся владеть собой – сначала осознаем то, с чем мы на самом деле родились. Потом чувствуем это. Потом оно раскрывается, и чем больше его сила, тем больше ответственность. Тем больше нужно контроля, чтобы это удержать. Мы с детства впитываем прописную истину: без контроля пламя принесет только разрушения.

— Это все очень мило, но при чем тут я?

— При том, что за все годы нашего знакомства с Торном таким, как сейчас, я не видел его даже после смерти родителей и сестры.

Я глубоко вздохнула, и мне показалось, что вдохнула я не просто воздух, а дыхание ледяной волны.

— Вы не представляете, что сейчас происходит.

— И вы предлагаете мне вернуться? – уточнила я. – Если я беременна?

— А вы беременны? – Арден посмотрел на меня в упор.

Зря я согласилась на этот разговор.

— Это не ваше дело. Мне пора вернуться к будущему мужу.

Иртхан усмехнулся. Эта усмешка только подчеркнула его внешность: жесткий взгляд и военную выправку. Сейчас от него мороз шел по коже ничуть не меньше, чем от Стенгерберга или Торна, поэтому я поспешила его обойти, направляясь к двери.

— Если вы не вернетесь к Торну, вы измените мир.

Я обернулась.

— Что, простите?!

— Вы меня слышали. Далеко не факт, что к лучшему.

Я остановилась, посмотрела ему в глаза.

— Арден. Могу я вас называть так?

— Смотря что вы хотите мне сказать.

— Мне совершенно безразлично, как чувствует себя Торн и какие комплексы им движут. Мне совершенно безразлично, что он там себе думает, но мне небезразлична моя жизнь. Та жизнь, которая у меня была рядом с ним, меня не устраивает, и я не собираюсь зажимать себя в тиски ради эфемерного мира, о котором вы говорите. Я не беременна. Можете так ему передать. Это все, что я могу сказать ему сейчас.

Развернувшись, я вышла, оставив за спиной и Ардена, и его слова.

Стоило мне оказаться в гостиной, как в меня вонзились два взгляда: Бена и Стенгерберга, но я подошла к Гринни, которая сидела на полу, и взяла ее на руки.

— Боюсь, вам тут больше нечего делать, ферны, – сказала холодно. – Попрошу вас оставить меня в покое, в противном случае я прямо сейчас сообщу о вторжении в мою квартиру и в мою личную жизнь.

Выдержать взгляд Стенгерберга было относительно легко – после взгляда Торна. Его и без того резкий квадратный подбородок обозначился еще резче, тем не менее он кивнул своим людям, и они вышли. Следом за ними вышел Арден.

Стоило двери закрыться, как я посмотрела на Бена.

— Мне нужно остаться одной.

— Пожалуйста, – сказал он. – Не благодари.

— Уходи. Прямо сейчас.

— Я тебя не оставлю одну, Лаура. Не сейчас.

— Уходи! – заорала я. Ссадила Гринни на барную стойку, указала ему на дверь. – Уходи сейчас же, немедленно, слышишь?!

Бен резко шагнул ко мне, притягивая к себе. Это произошло так быстро, что я только что стояла совсем одна, а сейчас уже уткнулась лицом ему в грудь, вдыхая терпкий запах мужского парфюма.