Книга Леди Смерть, страница 42 – Марина Эльденберт

— Я остановился в гостинице на центральной улице Ларне. На первом этаже дома таверна «У Ариты». Если понадоблюсь, дайте знать лорду Фраю. Мы с вами сможем видеться, когда пожелаете и сколько пожелаете.

Городок неподалеку от поместья, но…

— Вряд ли это будет так просто.

Под испытующим взглядом Ивара пожала плечами.

— Он мне не доверяет. Меня даже на конную прогулку не отпустят без сопровождения.

— Придется выкручиваться. У нас же с вами трепетная дружба в самом разгаре.

— Что вы себе позволяете? – возмутилась я. Больше для вида.

— Все подряд, – невозмутимо отозвался он и взял меня за руку. Отнимать ее я не стала.

С одной стороны раскинулось поле, за которым виднелись виноградники, с другой – рощица. В насыщенную темную зелень уже вплетались золото и даже багрянец. Каменный мостик, который я теперь получила возможность рассмотреть получше, соединял два берега… ручья. Иначе назвать эту крохотную речку язык не поворачивался. В прозрачной воде изредка мелькала рыбешка, самые наглые взмывали ввысь, сверкнув на солнце блестящей чешуей, чтобы тут же снова скрыться в прозрачной глубине. А вот сам мост был основательный: не очень высокий, но мощный, с одной аркой, способной удержать бурную горную реку. Выгоревший гладкий мозаичный камень под ногами превратился в линялые желтые лоскутки, но очарования своего не утратил. Мне вообще здесь на удивление нравилось. Все, кроме…

— Иногда начинает казаться, что для меня это слишком, – призналась я, когда мы спустились на другом берегу. Гравий закончился, началась дорожная пыль: светло-серая, с запахом прогретой солнцем земли. – Я жила совсем в другом мире.

— Но вы согласились и приехали сюда, Тереза. А этому миру, честно говоря, без разницы, где вы жили раньше. Дадите слабину – он вас сожрет с потрохами. И не подавится.

Он говорил жестко, но на меня не смотрел – только вперед. Почему-то показалось, что говорили это не только мне, а еще я прекрасно понимала, что он прав. Можно было отсидеться в Мортенхэйме до тех пор, пока не грянет гром, но я решила иначе. А это значит, что все «не могу» нужно оставить за плечами. Вместе с уймой принципов, гордостью и много с чем еще. Осознание этого в который раз за последние несколько дней нахлынуло мощной волной, но с ног больше не сбило. Просто я вовремя развернулась к ней лицом.

— Агенты под прикрытием работают годами и полностью погружаются в легенду. Я бы сказал, становятся ею. Никаких погонь и перестрелок, только монотонная рутинная работа. От этого не менее опасная.

Мог бы не рассказывать. Живое доказательство тому – Анри Феро.

— Сойдем с дороги? – предложил Ивар.

Мы сошли. Высокая трава путалась в складках платья или платье путалось в ней. А солнце путалось в его волосах, делая их похожими на медь. Внезапно отчаянно захотелось потянуться к ним пальцами, запутаться, перебирать и чувствовать текущее с неба тепло, впитывающееся в кожу. Короткий сладкий самообман еще никому не приносил счастья, но между нами изначально не могло быть ничего серьезного, в этом-то и вся прелесть. А главное, между нами изначально не было лжи.

Дом отсюда казался маленьким, почти игрушечным, и все, что осталось за пределами ржаво-медового под кистью заката поля, казалось ненастоящим.

— Я родился в Загорье. Сын владельца прииска, но не князя. Редкость для нашей страны, большинство богатейших шахт принадлежат аристократам. – Я угадала происхождение по его фамилии, но о таком и помыслить не могла. – С детской любознательностью увлекался механизмами… а точнее, механизмами замков и их вскрытием. Мне нравилось лезть, куда не просят, а поскольку рос я в большом доме отца, залезть было можно много куда. Для меня это стало почти искусством. Потом отца вынудили продать шахты, и мама выбрала другого мужчину, более надежного.