Книга Леди Смерть, страница 75 – Марина Эльденберт

— Тренироваться будешь здесь, – кивнул Анри, – раз в неделю будет достаточно. По крайней мере, на первых порах. Потом будем думать дальше. Возможно, придется выставлять щиты прямо в доме, на крайний случай обеспечим тебе укрепленный магией пристрой.

Вот, снова. О чем он сейчас?

Взашей же меня выставлял из Вэлеи. Я пристально посмотрела на мужа, но он словно и не замечал. Сдернул дорожный плащ, привычно расстегнул две верхние пуговицы.

— Сейчас тебе лучше не отвлекаться на защиту. Учись держать глубинную тьму – истинную ее мощь, не сдерживая себя. Не забывай про кольцо, внимательно следи за цветом камня. И если что, сразу зови меня.

— Кричать я умею, – хотела пошутить, а получилось… ну, как уж получилось.

Меня слегка потряхивало, поэтому я сцепила руки за спиной, чтобы скрыть дрожь. Холод смерти словно пробрался внутрь, пришлось сжать зубы, чтобы не начать ими клацать, как череп прогнившей куклы. Интересно, получится его обмануть, сделать вид, что я вроде как позанималась, а на самом деле просто отсидеться где-нибудь на руинах?

— Это точно.

Меня наградили долгим, тягучим взглядом – внимательным, изучающим, словно за плотно сомкнутыми губами застыла невысказанная просьба-откровение, и сейчас он решал, доверить ли ее мне. На краткий миг показалось, что за просьбой последует не менее упоительный поцелуй, за которым никакая тьма не страшна…

Показалось.

Анри коротко кивнул и вышел, оставив меня наедине с припорошенными тленом камнями, собственными страхами и… призраком его отца?!

Призраки меня не смущают. Навредить человеку они не могут, разве что заставить почувствовать боль в сердце, головокружение, одышку или испытать приступ беспричинного страха. Исключительно потому, что они это излучают и соседство с ними для обычных людей – не самая приятная штука. Крайне редко призраки пугают кого-то осознанно, но если такое случается, на то есть серьезная причина. Например, если какой-нибудь некромаг, не будем показывать пальцем, поможет ему перенестись с места смерти к убийце. Правда, сил на вторжение в материальный мир у них маловато, но опять же, если кто-то его поддержит…

Я смотрела на отца Анри или на память о нем со смешанными чувствами. Он был силен, сквозь глубину грани прорывались огненные искры, отголоски его магии. Холод, растекающийся от полупрозрачной фигуры, покалывал кожу ощущением присутствия. Поскольку к такому я привыкла с детства, это меня не беспокоило. Беспокоило другое: слишком четкие очертания, я могла даже разглядеть его лицо. Призрак способен обрести форму, только если при жизни был очень сильным магом и не готов отпустить этот мир. Мощная концентрация воли, позволяющая после смерти удерживаться на грани жизни.

Но… такое?

Похожую силу я чувствовала в оранжерее, где остался Итан, только в случае графа Аддингтона это был комок темной злобы и амбиций. Но что столько лет держало отца Анри? Со временем любая призрачная оболочка истончается, теряя любую узнаваемость, если тот осознанно не подпитывается стихией, с которой был связан при жизни. И причина тому может быть только одна: сильная родовая привязка. Незакрытое дело, за которое оболочка цепляется как за проржавевший якорь. Знание, жизненно важное для рода де Ларне. Но огню здесь вроде неоткуда было взяться. Хотя, может статься, на развалинах частенько ночевали бродяги и разводили костры.