Книга Луна Верховного. Том 1, страница 36 – Марина Эльденберт

Кажется, с Рамона даже загар слетел, потому что он сначала побледнел, а потом сверкнул оранжевой радужкой глаз. Шагнул вперед, упираясь рукой о деревянный столб за моей спиной. От его близости мне стало сложно дышать, и дело вовсе на этот раз было не в возбуждении.

— Не смей этим шутить.

— Не буду, – согласилась я, поежившись. – Я хочу ребенка. Но и нервы у меня, знаешь ли, не железные.

— Мишель тебя больше не побеспокоит.

— То есть она здесь надолго?

— Она здесь живет.

Логично. Это дом Рамона, а его любовница под боком. Одного не объяснить – почему меня снова накрывает этим горьким разочарованием? Он прав, своим истинным его считаю только я, у него на этот счет другое мнение. Но где-то в глубине души я надеялась, что мы будем одни, что мы сможем проводить время вместе, что сработает это притяжение, которым меня тянет к нему…

Венера, ты вроде взрослая, а до сих пор веришь в сказки?! Когда-то ты надеялась, что Август тоже исправится и полюбит тебя!

— Пусть держится от меня подальше, – напоминаю я. – Иначе могут и не заштопать. Беременность. Гормоны. Прочее.

Дерево за моей спиной опасно захрустело:

— Коснешься Мишель еще раз, запру в коттедже, – до жути ласково пообещал Рамон.

Я проследила за его взглядом и почти что забыла про рыжую девку. Гостевые коттеджи стояли уединенно и были похожи, как близнецы. Белые, деревянные, утопающие в зелени. Будь это отель, такие номера были бы самыми роскошными и дорогими, но в моем случае это означало, что меня просто-напросто отселяли.

— Я буду жить отдельно?

— Я обещал тебе много личного пространства.

— Какая забота, – как я собственным сарказмом не подавилась, загадка. – О благополучии Мишель.

— Она человек, Венера, и более хрупкая, чем мы с тобой.

«Ты не человек, – дернулась я от жалящего шепота в воспоминаниях, – ты волчица. Я могу делать с тобой все, что угодно. На тебе все заживет».

Я развернулась и направилась к одному из коттеджей. Нужно же познакомиться со своим новым домом! У нему вели узкие дорожки-лесенки, такие же тропы уводили ниже, очевидно, к океану, вид на который открывался изумительный. Не будь Мишель, всей этой ситуации с Рамоном, я бы, наверное, остановилась и полюбовалась накатывающими на берег с рокотом и бурлящими пеной волнами, а так я хотела как можно скорее остаться одна.

Да, именно этого я хотела! Ничего кроме.

Дверь в коттедже оказалась не заперта, когда я ее толкнула, чтобы шагнуть внутрь. Рамон намеревался последовать за мной, но я преградила ему путь.

— Ты обещал мне личное пространство. Пусть так и будет.

Я попыталась закрыть дверь, но на этот раз это не позволил Рамон.

— Ты же понимаешь, что это все мое, – он мотнул головой, подразумевая весь остров, – и ты теперь тоже моя.

— Я твоя, – не стала спорить, – но что тебе с этого?

Я оставила в покое дверь и просто пошла вглубь коттеджа. Мне даже все равно было, реши верховный идти за мной. Но он не решил. Наверное, отправился смотреть, как будут штопать прекрасное личико своей любовницы! В то, что она его любовница, сомневаться не приходилось – Рамон меня не поправил, когда я ее так назвала. И если честно, надеюсь, она здесь одна, потому что на фотографиях в интернете я видела его с совершенно другой женщиной.

С такими мрачными мыслями я прошла дом насквозь, минуя большую гостиную с плетеной мебелью, мягким ковром и какими-то декоративными масками на стенах, вышла на широкий балкон с видом на океан и золотистую кромку пляжа. Солнце успело подняться и светило вовсю, освещая зеленые холмы, белоснежные облака, сейчас расплывчатую, в дымке, линию горизонта. От близости леса кружилась голова, от рокота разбивающихся о берег волн и песен перекрикивающих друг друга экзотических птиц, от всей этой тропической картинки веяло таким умиротворением, что спустя несколько минут созерцания и глубокого дыхания я поняла, что больше не могу злиться.