Книга Стой, курица!, или глэмпинг «в гостях у сказки», страница 33 – Марина Эльденберт, Галина Мишарина

— О нас. О том, что было, и что может быть дальше. Я прошу тебя выслушать и попробовать понять. Все ведь ошибаются, Василис. Признаю: моя ошибка была серьезной, но, если дашь мне шанс…

Я не хотела давать ему ни шанса, ни надежды. В груди не шевельнулось прежнее нежное чувство, хотя память упрямо подсовывала лучшие наши моменты. Как один лишь мерзкий поступок мог перечеркнуть всю радость, что была? Мне хотелось быть честной.

— Я не могу, Валер.

Он мягко поймал меня за плечо.

— Прости меня. Я очень сожалею о случившемся и клянусь, что подобное больше не повторится! Ты ведь понимаешь, как мне сложно переступить через себя?

Я отступила, скидывая его руку. Даже в такой ситуации он умудрялся потакать своему эго. Определенно, нужно было поставить жирную точку, хотя мне снова захотелось сжаться где-нибудь под одеялом и плакать, а не изображать из себя сильную женщину.

— Хорошо, Валер. Я тебя прощаю и не буду держать зла. Но ты должен раз и навсегда понять: у нас нет будущего. Я не смогу создать семью с человеком, который предал.

— Василиса, я по-прежнему тебя люблю, — сказал он так раздраженно, что у меня сжалось сердце. — Это ты понимаешь?

— Да. К сожалению, мое чувство прошло, когда я увидела тебя ублажающим другую женщину. Ты бы простил, увидев меня под чужим мужиком? Принял бы обратно, сделал вид, что ничего не случилось?

Скулы его обозначились резче.

— Это не то же самое.

Я швырнула в него букетом.

— Ну да! Ведь это не ты говорил о равноправии партнеров и равной ответственности за свои поступки и убеждения!

— Я попросил прощения, сказал, что люблю… что тебе еще нужно?! — психанул Валера.

— Не нужно было изменять! — выкрикнула я. — Только и всего! Тебе секса не хватало? Нежности, заботы, ласки? Чего? Что я сделала не так?

Я всхлипнула и быстрым шагом пошла в сторону поля. Не хотела ведь плакать, опять довел!

— Не ходи за мной!

— Василис… Черт, я иначе все представлял! Конечно, ты права, такое непростительно для всякого… И я бы не смог тебя простить, — быстро говорил он мне в спину. — Но эти мгновенные слабости… Мы можем все забыть. Можем начать сначала. Я не повторю своих ошибок — никогда. Ты по-прежнему можешь на меня положиться!

Я мотнула головой.

— Ты — не тот человек, кого я знала, Валера! Не тот мужчина, в которого я влюбилась! В моей картине мира нет места изменам. Забыть я не смогу.

— Значит, ты меня и не любила! — Он швырнул розы в траву. — А иначе согласилась бы начать заново!

— Где была твоя любовь, когда ты языком в кабинете Ягищенко орудовал? — зло парировала я.

— А ты такая безгрешная, да? Екатерина сказала, ты не прочь была позаигрывать с сотрудниками! Особенно с руководителем отдела!

Я покраснела так, что, наверное, свечение щек было видно из космоса.

— Ты дебил?!

Ответить он не успел: мы одновременно обернулись на приглушенный крик и увидели, что где-то в западной части деревни поднимается дым.

— Боже…

Я ринулась по траве, не замечая колючих стеблей чертополоха. Валера тоже побежал, но довольно быстро отстал.

— Лев Викторович… — выдохнула я.

— Кажется, дом Стрельцовых горит, — сказала бабушка. — Господи, да что же делается!

У Стрельцовых был второй по величине после нашего дом. Современный, двухэтажный, на шикарной зеленой территории. Жила там семейная пара средних лет.