Книга Королевская магия, страница 50 – Марина Эльденберт

Возможно, я слишком задумался, потому что уставился на пробегающий мимо пейзаж, а когда снова повернулся к Алисии понял, что принцесса яростно трет глаза.

— Но ведь должно же быть лекарство! – восклицает она срывающимся голосом.

Алисия оказывается у меня на коленях прежде, чем успевает разреветься. Я даже этот путь не замечаю: как поднялся, как подхватил ее, как мы вместе практически рухнули обратно в кресло. Все, что важно – слезы моей милой принцессы-цветочницы. Слезы, которые рвут сердце на лоскутки.

— Он не может умереть. Я ведь только его нашла! Только узнала, что он мой папа…

Я притягиваю ее голову к своей груди, позволяя выплакаться, укачивая и шепча:

— Алисия, ты вот-вот увидишься с ним.

— А если я опоздаю?

— Ты успеешь вовремя. Обещаю.

От такого она перестает плакать, только шмыгает носом, а после запрокидывает голову, глядя на меня влажными, но строгими глазами. Самыми любимыми глазами.

— Ты не властен над смертью.

— Не властен, – признаюсь. – Но я хочу, чтобы ты с ним увиделась.

— А ты всегда получаешь, что хочешь, – растерянно шепчет она, опустив взгляд и будто только сейчас осознав, что лежит в моих объятиях, а моя рубашка намокла от ее слез. Алисия отшатывается от меня: – Ловко вы придумали, ваша светлость.

Она оказывается на ногах, одергивает платье так, что рискует остаться без юбки.

— Алисия, это не то, что ты подумала. Я всего лишь хотел тебя утешить.

— Утешили, ваша светлость. Мой отец действительно умирает?

Я сразу же мрачнею и рычу:

— Таким я не стал бы шутить.

Яростный настрой принцессы испаряется, она кивает.

Мы снова оказываемся по обе стороны стола, и я не знаю, на кого больше злюсь. На себя, за то, что не удержался, за то, что слишком поторопился. Или на нее, потому что Алисия по-прежнему видит во мне врага, не способного на искренние порывы.

— Значит, сделаем вид, что ничего этого не было.

— Но это было, – с нажимом говорю я. – И в этом не было ничего страшного.

— Представьте, что не было, – чопорно просит она. – Давайте закончим завтрак, а после я хочу прогуляться.

— Мы в поезде. Изволите гулять по вагонам?

— По станции. Когда следующая остановка?

— Через полчаса.

— Замечательно!

— Это небезопасно, – делаю последнюю попытку.

— Так сделайте так, чтобы было безопасно.

Наши взгляды впиваются друг в друга, чтобы сразу же разойтись и больше не встречаться. Я молчу, чтобы не наговорить лишнего. Почему молчит Алисия, без понятия. Но на небольшой горной станции, мы все-таки покидаем королевский вагон.

Чтобы на перроне столкнуться с Зигвальдом.

Алисия

Мне хочется настучать себе по голове колотушкой. Так сильно, что я даже путаюсь в складках платья, в которое переоделась для прогулки, и в накидке, которую мне набросил на плечи его светлость. Чем дальше от Гриза и ближе к Барельвице, тем холоднее, но мне почему-то не холодно. Мне жарко! Мне постоянно жарко рядом с ним, и это даже на магию не спишешь.

Мало того, что я расклеилась из-за отца, я еще и умудрилась усесться к нему на колени. Молодец, Алисия! Просто молодец, ничего не скажешь.

Не спасает даже чувство, не оставляющее до сих пор – чувство, связанное с человеком, которого я никогда не видела. Точнее, видела. На портретах. В газетах. Да много где еще… но мне даже в голову не могло прийти, что я когда-то смогу назвать его отцом, а главное – что он тяжело болен. И что ему, возможно, немного осталось.