Книга Королевская магия, страница 80 – Марина Эльденберт

— Ненавидела? – Дориана приподняла тонкие брови. – С чего бы? Не она, так другая. Вступая в брак с венценосным мужем я знала, что верен мне он не будет. К сожалению или к счастью, я с детства была избавлена от наивности и понимала, на что иду. Я родилась принцессой, и моя участь была предопределена заранее. Политический брак. Никакой любви.

На ее словах я похолодела и как-то резко расхотела есть. Мы говорили о том, что теперь мужа мне будет выбирать кто угодно, только не я, но сама мысль о том, чтобы оказаться – вот так, как она – замужем за каким-то мужчиной, который не будет меня ценить, который заведет себе арэне (хорошо, если одну), совершенно не способствовала аппетиту.

Хорошо, что ее величество сказала это в конце завтрака.

Плохо то, что это правда.

Принцессы не выходят замуж по любви, а принцы выбирают по политическим соображениям. Как, собственно, и хотел сделать Райнхарт, заинтересовавшись мной в связи с новыми обстоятельствами.

При мысли об этом аппетит пропал окончательно. Я поняла, что подавлюсь следующим же глотком фарха и плотно сжала губы, как если бы кто-то собирался насильно влить его в меня.

— Мы затронули не ту тему, – произнесла ее величество, – которую стоит обсуждать за завтраком. Предлагаю…

Ничего предложить она не успела: в дверь постучали. Один из лакеев приблизился к Дориане, и, склонившись, протянул ей конверт.

— Срочное письмо, ваше величество. От ее светлости Жанны Барельвийской.

Жанна? Мачеха Райнхарта?!

— Благодарю. И прошу прощения, – Дориана посмотрела на меня. – Жанна – моя давняя подруга, она знает, насколько ценно мое время и не стала бы беспокоить по пустякам.

Ее величество раскрыла конверт и изменилась в лице.

— Что?! Элеонор пропала?! Какой кошмар!

Элеонор… та самая невыносимая младшая сестренка! Я вдруг почувствовала, как сердце слишком сильно ударилась о ребра, а горечь выпитого фарха стала еще более ощутимой. Особенно ощутимой в тот момент, когда я поняла, что сейчас испытывает Райнхарт. Может, он и сноб, но семья всегда значила для него много. Очень-очень много! А Элеонор…

— Что случилось? – я все-таки не удержалась.

— Кто-то похитил дочь Жанны, – ее величество резко поднялась.

— Его светлость ожидает внизу. Вы его примете?

Его светлость?!

— Да, разумеется, передай Зигвальду, что я его приму. Пошли за Ликровецем и герцогом Марирским. Мы приложим все силы, чтобы помочь найти ее как можно скорее.

Дориана кивнула нам и поспешно вышла, вслед за ней вышел слуга. Что касается меня, я сдавила пальцы на коленях, скомкав салфетку.

— Я ничем не могу помочь, – пробормотала, глядя на маму. – Ничем… когда я была Алисией, я и то могла сделать больше, чем сейчас, когда я принцесса!

Судорожно вздохнула и поднялась. Заходила по комнате.

Почувствовав мое волнение, следом поднялся Эдер и принялся тоже ходить туда-сюда. Встревоженно дергая хвостом и пригибая уши. Мама поднялась, приблизилась. Остановила меня и прижала к себе:

— Дочка, сейчас Райнхарту достаточно знать, что ты в безопасности. Что я рядом с тобой. Кажется, мне он доверяет больше, чем всем вместе взятым гвардейцам, – мама улыбнулась и заглянула мне в лицо.

Я покачала головой. Райнхарту особо нет до меня дела, но это сейчас не важно. Главное, чтобы Элеонор нашлась. Я глубоко вздохнула, обняла самую родную в мире мамочку.