Книга Что-то драконическое, страница 8 – Марина Эльденберт

— Что-о-о?! — прорычал он.

— То! — выдала я ключевую фразу машинки. — За первую помощь принято благодарить, но вы у нас в жопу раненый, так что обойдусь!

Ректор совершил прыжок: драконий такой, и оказался лицом к лицу со мной. Слава драконам хоть простыню придержал.

— Вы отдаете себе отчет, с кем разговариваете? — прищурившись, спросил он.

— Вполне! Я действовала из лучших побуждений, так что вы не имеете права на меня рычать! А если это еще раз повторится, я уволюсь!

Я вылетела из кабинета в приемную, громыхнув дверью. Внутри все кипело, пламенело и переворачивалось, а стоящая на подоконнике машинка (как она сама туда запрыгнула?) звучно клацала клавишами в приступе артефакторного хохота.

Артуан шагал по парку академии и натурально пыхтел от возмущения: вырывающийся изо рта пар явно не имел отношения к резкому похолоданию, первому предвестнику зимы. Во-первых, из-за ослабленной магии ему приходилось передвигаться между корпусами пешком — предписание целителей.

— Вы ведь не хотите потерять дракона и навсегда остаться без крыльев, господин ректор? — строго поинтересовался главный целитель в академии, когда он впервые появился в целительском крыле. Пришлось забежать домой, чтобы одеться и не светить больше драконьей задницей и передницей. Не говоря уже о том, что даже речи не шло послать за костюмом помощницу: одна мысль о том, что Тьеррина будет выбирать ему трусы, заставляла кипятиться! Поэтому все сам, все сам.

Ректор не имел ничего против прогулок, к физическим упражнениям привык, но еще больше он привык все дела делать быстро, а с этими перебежками он терял уйму времени. Просто кучу, нет, гору времени!

Во-вторых, его до глубины драконьей души возмутили слова помощницы. Даже не слова — ультиматум! Уволится она, как же. Да кто ее вообще отпустит?! Это его прерогатива — увольнять сотрудников за невыполнение или плохое выполнение их обязанностей. А Тьеррина все замечательно выполняет, иногда даже перевыполняет, как с этой ссадиной на его жо…

Нет, ректор совершенно был не готов к тому, что их отношения перейдут в такую плоскость, но сейчас его выбешивал сам факт, что идеальная во всех смыслах помощница, к которой он привык, которую принял в свою команду, может его оставить.

Дракон внутри зверски взревел, не имея возможности вырваться наружу, полетать и поджечь пару елок, настроение портилось, а тут еще и ходить надо. Словно он не дракон, а обычный человек. Без магии.

— Неделя, господин ректор! — вынес ему приговор главный целитель. — Всего семь дней, и снова будете летать. В отличие от… — Он с грустью покосился на отделенную ширмой постель Грошека.

Друг и учитель Артуана так и не пришел в себя, но ему прочили быстрое выздоровление. Целители в академии были самыми лучшими, поэтому обещали, что профессор придет в себя в течение суток. Увы, гарантию по возвращению магии старому дракону никто не давал.

— Он потратил слишком много сил. Выгорел, и этого не отменить. Плюс возраст и анамнез. Профессора Грошека не просто так отправили преподавать сюда: ему уже опасно было продолжать свою службу в армии.

А кто-то взял и устроил войну в ЗВЕЗДЕЦе! В то, что лавина — случайность, даже студенты не верили, не то что сам ректор. Осталось послушать мнение Грошека, и вот полчаса назад Артуану позвонили и сообщили, что дракон пришел в себя. Ректор сразу же отправился к нему, но по дороге успел проклясть все на свете! Пока дошел, вспотел, так еще и ту самую гору времени потерял. Поэтому зашел к Грошеку без предисловий.