Книга Белые ходят вторыми, страница 47 – Валерия Чернованова

— Он может чуть опоздать. Он сейчас очень много времени посвящает тренировкам, — принялась я вдохновенно выгораживать брата, ну то есть себя. — Занимается и в выходные, и поздними вечерами.

— Но сегодня такой важный для меня праздник, — надула губы принцесса и поспешила исправиться: — Для вас. Для его сестры.

— Рифер боится, что не успеет подготовиться к празднику Чароденья и подведёт императора. Ему бы этого очень не хотелось. Потому себя и не жалеет.

Что-то прикинув в уме, Кайяна улыбнулась, сменив гнев на милость. Видимо, поняла, что и в её интересах тоже, чтобы любимый сумел произвести на его величество наилучшее впечатление.

— Но я до последнего буду надеяться, что он успеет к первому танцу, — прошептала девушка. Подавшись ко мне, с надеждой поинтересовалась: — Он вам обо мне рассказывал?

Нет, но я вас, к своей досаде, уже знаю.

Я кивнула, опасаясь обидеть Кайяну искренним ответом. С ней у меня было такое ощущение, словно продираюсь сквозь болото. Один неверный шаг, одно опрометчивое слово — и всё, окажусь в трясине, из которой могу уже и не выбраться.

И тем не менее я решила рискнуть, осторожно проговорила:

— Ваше высочество, при всей моей любви к брату, мне кажется, он вам не подходит.

— Это ещё почему? — мгновенно вспыхнула, как сухая щепка, девушка. — Вам что-то известно? Я ему наскучила? Или, может, он нашёл себе другую принцессу? — закончила она сердито и вперилась в меня выжидающим взглядом.

Ну вот, рискнула называется.

— Я лишь хотела сказать, что вы — дочь императора, а у нас в роду была опальная чаровница и…

— Глупости! — отмахнулась Кайяна. — Теперь Рифер хроновик. Это всё меняет.

Зациклилась она на нём, что ли? Да, Риф красив, но при дворе, уверена, таких красавцев не одна джарова дюжина. А она клещом вцепилась в моего брата.

Брата, которого здесь нет.

Нам пришлось прерваться, потому что двери распахнулись, и в комнату вошла императрица. Сегодня она блистала в пышном парчовом платье, таком же золотом, как и корона, венчавшая её белокурую голову.

В отличие от матери, у Кайяны были каштановые волосы, не отяжелённая белилами персикового цвета кожа и огонь в светлых, но тёплых глазах. А её величество, как и в Кальдероке, больше походила на ледяную скульптуру.

Красивую, но неживую.

Стоило Найферии перевести взгляд на меня, как я почувствовала, что и сама начинаю заледеневать. Сразу стало ясно, что ненависть она питает не только к Риферу, но и ко всем Ноэро в целом.

Меня тоже винит в его ошибках.

К чести правительницы, ей удалось быстро спрятать эмоции за холодной, немного отстранённой улыбкой. Должно быть, улыбаться по-другому она просто не умела.

— Дорогие мои шиари, вы все юны, очаровательны…

Ну, допустим, не все. Но упрямец Эскорн втемяшил себе, что мне среди дебютанток самое место.

— Для каждой из вас этот вечер особенный и важный, — тем временем продолжала её величество, одаривая каждую, кроме меня, благосклонным взглядом.

На меня она больше не смотрела, словно я была незатейливым предметом мебели. Пуфиком или табуреткой… На что-то большее явно не тянула, даже на обитый глазетом стульчик.

— Уверена, что многие из вас сегодня встретят свою судьбу и своё счастье. Самые благородные и видные шейры Эргандара приехали в столицу…

Прикупить себе племенную кобылу.