Онлайн книга «Жена из прошлого»
|
Уловив в голосе дракона явственные нотки гордости, я хмыкнула: — Ты бы лучше меньше ей гордился и строже воспитывал. Делагарди снова помрачнел. Ему явно не нравились мои замечания, и советов по воспитанию детей от меня тоже не ждали. А вот мне не нравятся все эти тайны! И не нравятся — это ещё мягко сказано. Мало было секретов в жизни Раннвей, так ещё и он добавляет. — Почему не рассказал сразу? Про то, что один дар у неё уже раскрылся. — До заключения договора даже не планировал, а после — не было времени, — дёрнув бровью, словно я спрашивала об очевидном, изволил объясниться эйрэ. Бросил взгляд на коробку, оставленную на столе, и поинтересовался: — Что это? — Крупицы прошлого Раннвей. Пытаюсь, где могу, добывать информацию. Поднявшись, он взял из коробки верхнюю фотографию. Ту самую, что вызвала во мне непонятные эмоции и… такие яркие желания. Чувствуя, как щёки снова накаляются, хотела уже спросить, кто тот мужчина рядом с Шанетт, но Делагарди уже бросил фото в коробку. Развернулся ко мне со словами: — Завтра я постараюсь вернуться пораньше, и мы продолжим наши «занятия». Я расскажу тебе о её окружении, обо всём, что нужно будет тебе узнать до приёма гостей. — И когда случится это знаменательное для леди Делагарди событие? — В субботу, — ответил Эндер, и я всё-таки присвистнула. Всего через несколько дней, за которые надо будет как можно больше узнать о Раннвей. — Сегодня уже поздно. — Он мельком глянул на часы. Потом на меня, в халате, снова вызвав желание притянуть к себе одеяло. — Лучше мне уйти. Я кивнула, думая о том же. Пожелала ему спокойной ночи, а его светлость, вместо того чтобы сказать своей «жене» то же самое и наконец отчалить, снова добавил в голос стали: — Больше никогда и нигде её не запирай. Никогда. — Последнее слово он произнёс как приказ, нарушение которого явно не сулило мне ничего хорошего. — Можно подумать, я отходила её розгами! Как же тогда эту мисти внушающую воспитывать? Сдувая с неё опахалом пылинки? Потакая всем желаниям и капризам? Не понимаю… — Лучше бы розгами, — неожиданно заявил Эндер, прервав мои мысленные возмущения, а спустя мгновение добавил: — Незадолго до своего исчезновения Раннвей была на суаре у Флемингов. Не знаю зачем, но она взяла с собой Эдвину, хотя обычно, — он мрачно хмыкнул, — время с племянницей было ей в тягость. В гостях, в обществе взрослых, Эдвине быстро наскучило, она начала капризничать и проситься домой. Но покидать праздник не входило в планы Раннвей, и она велела служанке запереть девочку в одной из гостевых спален. Там её и забыла. Меня тогда в городе не было, Раннвей вернулась домой поздно. Об Эдвине она вспомнила только на следующий день, когда служанки, не найдя её в детской, подняли тревогу. Можешь себе представить, что чувствовал семилетий ребёнок, запертый один ночью в гостевом крыле чужого дома. Можешь себе представить, что почувствовала она сегодня, когда тётя, с которой у неё и без того непростые отношения, не успев вернуться, снова её заперла. — Я… я не знала, — прошептала я и замолчала, опустив глаза. Что ещё сказать не представляла, как и не понимала, что чувствовать. Жалость? Злость на себя? На Раннвей? Господи, да Эдвина меня после этого окончательно возненавидит! Точнее, свою тётю, но раз теперь она — это я… |