Книга Последняя легенда, страница 118 – Лена Обухова

Невзирая на почтенный возраст, ведьма проворно ринулась туда, куда улетел пистолет, выпавший из рук Романа. Сам Роман в это время пытался выбить пистолет из рук Карпатского. Прежде чем ему это удалось, прогремел еще один случайный выстрел.

Что происходило дальше, Юля не увидела. Влад встал перед ней, одновременно перепиливая окровавленным кинжалом веревки, чтобы освободить, и закрывая собой от очередной шальной пули.

Следом один за другим прозвучали два выстрела.

* * *

От резкой боли в сломанных ребрах у Карпатского потемнело в глазах. Он сжал рукоять пистолета крепче, чтобы не выронить его, но палец случайно нажал на спусковой крючок. Прогремевший выстрел напугал его гораздо сильнее, чем возможная потеря оружия. В помещении было слишком много людей, которые не могли не то что пригнуться, а даже просто пошевелиться. Каждая бесцельно выпущенная пуля могла стать для любого из них фатальной.

Поэтому Карпатский позволил себе уронить пистолет на пол и сосредоточился на том, чтобы бросившийся на него Роман не смог его забрать. Болезненная грудная клетка, конечно, делала его уязвимым, но в остальном преимущество было на его стороне: он был выше и крепче изящного парня, не говоря уже о том, что тот, очевидно, совершенно не владел навыками рукопашного боя. Но вцепился Роман в него крепко.

То, что ведьма подняла с пола пистолет и направила на него, Карпатский заметил лишь краем глаза и почти не осознал. Среагировал исключительно на инстинктах, в последний момент повернувшись так, что парень, совсем недавно пытавшийся его убить, оказался на линии огня. После прозвучавшего через мгновение выстрела тот дернулся и обмяк, а следом раздался еще один выстрел.

Карпатскому потребовалось несколько бесконечно долгих секунд, чтобы понять: второй выстрел был сделан из другого оружия. Из его оружия.

Стрелял Савин. В ведьму. И, судя по всему, попал: пожилая женщина рухнула на пол с простреленной головой.

Держась одной рукой за стену, а другой за ребра, Карпатский недоуменно уставился на своего добровольного помощника. Тот невозмутимо опустил пистолет, обернулся к нему и пожал плечами, мол, а что еще мне оставалось?

— Дай его сюда, – потребовал Карпатский, протягивая руку.

Савин без лишних вопросов вернул ему пистолет. Карпатский поставил его на предохранитель и убрал в кобуру. А потом шагнул к столу, на котором лежала Диана.

От вида крови и ее бледного лица по спине побежали мурашки. Порезы на ее запястьях требовалось срочно перевязать, и Карпатский стянул с себя рубашку. Федоров, успевший освободить жену, заметил его тщетные попытки надорвать ткань и сунул ему в руки кинжал, который сильно облегчил задачу.

— Слава? – Диана приподняла веки и улыбнулась, увидев его. – Ты пришел за мной? Пришел… встретить меня?..

Он не сразу понял, о чем она, а когда понял, яростно помотал головой.

— Нет, я жив. И ты жива. Нас немного потрепало, но все будет хорошо, Ди. Слышишь меня? Только оставайся в сознании, ладно? Не спи!

Диана в ответ лишь опустила ресницы и тут же снова их подняла. Хотелось верить, что она все поняла и будет держаться.

Пока он перевязывал ее запястья, Федоровы вместе с Савиным освободили остальных. Закончив, Карпатский попытался поднять Диану, но сломанные ребра снова запротестовали, едва не отправив его в очередной нокаут.