Книга Тихие шаги, страница 106 – Лена Обухова

Дементьев пожал плечами.

— Скорее, да, чем нет. Но тут стоит оговориться, что в ИИН мы относим к условным демонам все, что никогда не было живым. То есть не призраки людей, скажем так. Хотя это полностью тоже исключать нельзя.

— Но вы действительно думаете, что в шкатулке что-то… обитает? – уточнила Диана.

— По аналогии с тем, кто жил в колодце, да. Все знают эту историю?

Дементьев вопросительно посмотрел на Диану и Савина, очевидно, предполагая, что только они могут быть не в курсе. Диана кивнула, Савин сделал неопределенное движение рукой и пояснил:

— Ну я… Смотрел ролики этого блогера. Который пропал.

— Алекс Найт пропал? – удивилась Диана.

— Да, и к этому мы еще вернемся, – заверил ее Влад и повернулся к Дементьеву. – Но сначала я хотел бы понять, почему ты проводишь параллель с историей с колодцем?

Дементьев переглянулся с женой и сдержанно пояснил:

— В процессе анализа, который я делаю для полиции, появилась версия, что тот, кто стоит за странными происшествиями вокруг озера и вас, определенным образом цитирует события четырехлетней давности. И по этой логике сейчас время четвертой истории: той, что про колодец и его обитателя.

— Та история была с двойным дном, – пробормотала Юля. – А монстр – воплощением страха. Это как-то поможет разобраться в происходящем сейчас?

— Не обязательно, – призналась Ольга. – Цитирование идет со своего рода отзеркаливанием, то есть, некоторые факты злоумышленник переворачивает с ног на голову. Как именно он перевернет эту историю – сложно сказать.

— Тогда давайте будем отталкиваться от фактов и попытаемся понять, с чем именно мы имеем дело, – предложил Влад. – У нас есть по меньшей мере три жертвы…

— Почему три? – не понял Савин. – Две же, вроде. Диана еще не жертва.

— Ты про свое видение не рассказал, – напомнила Юля мужу.

— Да, точно. В ночь, когда погибла та девушка, Панова, я видел еще одну, погибшую аналогичным образом. Ее… призрак, назовем это так, появился на общей кухне. Она бормотала что-то вроде: «Он нашел ее», потом ринулась на меня и исчезла.

— Он нашел ее? – переспросила Диана. – То же самое я слышала в своем сне.

— Можно поподробнее? – попросила Ольга. – Этой детали не было в той версии сна, которую нам озвучили.

— Во сне я слышала эту фразу дважды: «Любую боль можно унять, а тяжесть – забрать. Он нашел ее». Сначала это сказал Денис, а потом кто-то у меня за спиной, когда я… подсматривала за ритуалом.

— Тем самым ритуалом, в котором на груди мужчины делали надрез, клали сверху камень и читали что-то вроде заклинания?

— Да.

Ольга задумалась, а Юля потянулась за единственной фотографией, на которую могла смотреть: на ней была запечатлена шкатулка. Перевернув ее и прочитав надпись на обороте, она предположила:

— Может, речь о шкатулке и Кочергине? Он нашел ее. Ее – шкатулку. Как минимум, десятого июня она попала к Кочергину.

— Возможно, – согласился Влад. – А что значит часть фразы про боль и тяжесть?

— А вы слышали когда-нибудь про ритуал пожирания грехов? – поинтересовалась Ольга. Когда осведомленных не обнаружилось, она пояснила: – Я как-то читала про него, собирая материал для одного романа. Не пригодилось, но в общих чертах я запомнила. Это обряд, существовавший в Великобритании с давних времен и чуть ли не до двадцатого века. Официально церковью не признавался и считался ересью, но тем не менее к нему прибегали. На грудь покойного клали кусок хлеба, и его съедал специально приглашенный для этого человек. Таким образом он принимал на себя, то есть, забирал все грехи покойного, чтобы очистить его душу.