Книга Укрощение мистера Уокера, страница 67 – Роза Лукас

Я не сразу нахожу слова и поочередно обвожу взглядом всех троих.

— И что же делать? – нерешительно спрашиваю я. – Ну, знаете, чтобы припугнуть его и дать понять, что меня не прогнуть?

Джули немедленно принимает деловой вид:

— Ну, если позволишь, я могу засудить его за недостойное поведение. Ты ведь поймала своего шефа за мастурбацией в общественном месте. Правда, ты ворвалась в кабинет – это серая зона, будет непросто доказать, что это публичное место. Еще нужно будет доказать намерение довести тебя этим действием до стресса.

Я поднимаю бровь:

— Я бы не сказала, что испытала стресс.

— Ага, – вздыхает Джули. – Ты стояла и смотрела шоу, что ослабляет наши позиции.

— А еще ты пригласила своего шефа к себе в спальню и задрала юбку, – добавляет Кэт.

— Это не имеет значения, – парирует Джули. – Она была беззащитна после его действий, и он соблазнил ее. Слушай, – говорит она с нетерпением, – когда я буду на работе, пришлю тебе кое-что, чтобы вооружить знаниями. Пусть твой Уокер поймет, что ты тертый калач. Относись к этому как легальному способу отстоять свои права.

— Я прочитаю это разве что в развлекательных целях. Не думаю, что когда-нибудь применю что-то подобное.

Стиви со стоном прикрывает глаза рукой:

— Только не впутывайте меня в это, ради бога! Некоторые из собравшихся тут хотят сохранить работу.

— А что вообще не так с этим Уокером? – с любопытством смотрит на меня Кэт. – Он вечно не в настроении. На вечеринке у него постоянно было недовольное лицо.

— Мне не очень приятно рассказывать об этом, – начинаю я, потирая ножку бокала с вином, – но история весьма печальная. Он вырос в неблагополучном районе Глазго. Его отец был тем еще торчком. Исчезал на много дней, а потом приходил таким обдолбанным, что бил мать. Однажды, когда Дэнни было лет пятнадцать, он пришел домой и нашел мать лежащей в луже крови на полу кухни. Его отец убил ее выстрелом в лицо, а потом застрелился сам.

Они в шоке смотрят на меня.

— Боже!

— Неудивительно, что он такой… мрачный.

— Так что подростковый период у него выдался дерьмовый, – продолжаю я. – Он переехал жить к бабушке куда-то в шотландскую деревню. Когда ему было девятнадцать, Уокер отправился учиться в Англию, где и познакомился с Тристаном. Они очень сблизились, и Дэнни стал приезжать к нам домой на выходные. Маме было жаль его после всего случившегося, и ей нравилось готовить для гостей. Пока я росла, Дэнни всегда был рядом с нашей семьей. Практически стал ее членом. Тристан даже сделал его крестным сына.

— А тебя – крестной, – добавляет Кэт.

— Пикантно, – подмигивает Джули. – Так ты знаешь его со своих десяти лет? Боюсь представить, какие у тебя были дикие подростковые фантазии, когда такое расхаживало по дому.

— Я бы не сказала, что знаю его, – отвечаю я. – Я слышала о его прошлом совсем немного, в основном от Тристана. Прямо спрашивать у Дэнни мне никогда не разрешали.

— Но ты ведь о нем фантазировала, да? – спрашивает Джули.

— Конечно. – Я закатываю глаза. – Мой мегакраш. – И вдруг вздрагиваю от внезапного воспоминания. – Когда мне было тринадцать, он как-то привел девушку к нам на ужин. Я ушла к себе в комнату и устроила жуткую истерику. Весь дом слышал ее. Дэнни пришлось подняться ко мне и сказать, что я его любимая девочка… В те времена отношения у нас были явно лучше, – добавляю я. – Он часто покупал мне подарочки. Но после того фиаско, когда я выставила себя идиоткой, совсем от меня отдалился. Последние десять лет Уокер общается со мной в основном хмыканьем и короткими словами приказного характера.