Книга Спайдер и Сторми, страница 224 – Келси Кингсли

Он с любопытством поднял брови.

— Вы уже уходите?

Сторми обхватила мою руку.

— Вообще-то мы хотели…

— Мы хотели поехать с тобой в «Уэйуорд», — перебил я её, решив, что должен сам это сказать, сам попросить. — Если ты не против.

Солджер склонил голову, медленно продевая руки в рукава куртки.

— В «Уэйуорд», — повторил он, не совсем вопросительно, но и не совсем понимая.

— Ага, — ответил я, направляясь к крючкам у двери, чтобы взять наши куртки. — Хочу увидеть Люка до того, как мы вернёмся в Салем. Я готов. Я не могу…

Тут я осознал, что Солджер не ответил, вообще никак не отреагировал на мои слова. Поэтому обернулся и увидел на его лице то самое беспокойство, с которым проснулся сам. Тот же дискомфорт, взгляд, полный дурных предчувствий и боли. Боже, какого хрена он смотрел на меня так?

И самое странное, что я каким-то образом знал, почему Солджер так смотрит. Знал всем своим проклятым чутьём. Но не хотел произносить это вслух. Не хотел признавать то, что уже чувствовал в глубине души, что отравляло мой желудок, что теперь обретало смысл. Не хотел озвучивать это, будто само произнесение сделало бы истиной то, что и так уже было правдой.

Солджер открыл рот, затем закрыл его, отведя взгляд куда-то в сторону, лишь бы не смотреть на меня.

— Чарли, — произнёс он хрипло. — Чёрт, я не знаю…

— Чего ты не знаешь? — резко бросила Сторми, её голос дрожал от гнева. — Ты не поедешь с нами? Серьёзно? После всего?

Но на его лице было не отторжение. Боль, сожаление и невероятная печаль, которую я невольно ощутил. Солджер поднял руку, коснулся брови, провёл пальцами по лбу и тяжело вздохнул.

Смерть моих родителей. Уход Мелани. Разрыв за разрывом. Убийство Ричи. Смерть Томми.

Всё это не шло ни в какое сравнение с той хрупкой правдой, из-за которой Солджер выглядел так, словно на его плечи легла тяжесть тысячи несчастливых концов, готовая обрушиться, разбиться и сгореть.

— Чарли, — прошептал Солджер, снова произнеся моё имя. — Они тебе не сказали. Боже…

— Что они ему не сказали? — выкрикнула Сторми, бросаясь на мою защиту, пока я качал головой.

— Нет, — твёрдо произнёс я, молясь, чтобы слова, которые он не произнёс, перестали быть правдой. — Пожалуйста. Нет.

Солджер сердито сдвинул брови, игнорируя мои протесты, мои мольбы остановиться.

— Проклятье, они тебе не сказали, — повторил он сквозь стиснутые зубы, откидывая волосы рукой. — Охренеть, Чарли. Боже… — Солджер снова выдохнул, и плечи его поникли. — Я не знаю, как это сказать…

— Тогда не говори, — прошептал я, но ущерб уже был нанесён, не так ли?

Он уже вдохнул жизнь в тошноту, сжимавшую мой желудок, дал имя тому ужасному чувству, что терзало меня месяцами. Но я мог с этим жить, мог найти способ заглушить его и продолжать, как делал последние пять лет, лишь бы он удержал слова при себе.

Но Солджер не слушал. Не оставлял это. Не отступал, не продолжал свой долбанный день в блаженном неведении, которое мне было необходимо, чтобы не сорваться посреди его гостиной.

— Он умер, Чарли.

Я зажмурился и отвернулся от Солджера, ангела смерти, самого страшного, кого когда-либо касалась моя паршивая жизнь. Я поднял руки к волосам и затряс головой. Пытался прогнать эти слова, пока они не укоренились в моём мозгу и не заразили каждую дышащую часть моего тела.