Книга Спайдер и Сторми, страница 229 – Келси Кингсли

Он медленно кивнул и глубоко вздохнул.

— Ладно. Ладно, да. Я это понимаю. Я годами говорил тебе уехать оттуда, выбраться из этого города и начать всё заново. Я просто… — Люк наклонил голову и пожал плечами, словно говоря: «Я просто не ожидал, что ты это сделаешь».

«Я просто не ожидал, что ты уедешь».

— Я всё ещё не хочу уезжать, — прошептал я. — Но, думаю, у меня нет выбора.

— Тебе не нужно оправдываться передо мной, — ответил Люк, слишком хладнокровно, чтобы выдать свои чувства. — Ты должен жить своей жизнью, приятель, и давно пора это сделать. Честно говоря, я… — Он снова пожал плечами, откинувшись на спинку стула. — Я горжусь тобой.

— О боже, заткнись, Люк. — Я покачал головой, провёл рукой по лицу и снова опустил её на стол. — Не надо мной гордиться, чёрт возьми. Я не живу своей жизнью, придурок. Я от неё бегу.

— Или, знаешь… — Люк сделал паузу, пристально глядя на меня. — Может, ты наконец-то бежишь ей навстречу.

Я смотрел на него несколько долгих мгновений, пока сердце гулко стучало в груди. Вглядывался в каждую морщинку на его лице, в здоровый цвет его щёк, в аккуратно подстриженные волосы и бороду. В его глазах светился новый огонёк, под свежим слоем печали и беспокойства, которые я туда вложил, и осознание того, что он действительно доволен, пронзило меня насквозь. Люк трезв и в порядке. Боже, он в порядке — до сих пор! После трёх лет в этом месте он всё ещё держался, даже лучше, чем в первый год. Но злость, которую я чувствовал тогда, больше не была очевидна. Теперь я ощущал… зависть, да, но ещё и облегчение. Облегчение от того, что оставляю его в хорошем состоянии.

Это осознание накрыло меня, и плечи опустились под тяжестью отчаяния, с которой я ничего не мог поделать. Я уезжал от него. Он знал. Всё вышло наружу. Я знал об этом давно, конечно, но никому не говорил вслух — кому я мог это сказать? Я даже не предупредил на кладбище, боясь произнести эти слова до того, как скажу Люку. Тогда ещё оставалась возможность передумать, но теперь, видя, что Люк в порядке, понимая, насколько я сам не в порядке… знал, что это правильное решение, каким бы неправильным оно ни казалось и как бы ни ранило — сильнее, чем что-либо прежде.

Люк приподнял уголок рта в улыбке.

— Куда ты едешь?

Я прочистил горло и опустил взгляд на стол.

— В Салем.

— Ты всегда хотел туда поехать.

— Да.

— Уже нашёл работу?

Я замешкался, затем кивнул как-то неуверенно.

— Всё ещё хоронить трупы?

Я фыркнул.

— А чем ещё я могу заниматься?

Сдавленный смешок, вырвавшийся из его горла, выдал его грусть.

— Ты такой чудак.

— Да. Это, э-э... довольно хорошая сделка. На кладбище есть маленький домик.

Это, кажется, поразило его, и я почти смог рассмеяться.

— Ты собираешься там жить? Ты с ума сошёл?

— Мне показалось, это идеально…

Сигнал привлёк наше внимание. Мы знали, что он означает, но оба повернули головы к пожилому охраннику у двери тюрьмы.

— Пятнадцать минут до окончания свиданий. Завершайте разговоры, — произнёс охранник утомлённым голосом, поправляя на носу очки в серебряной оправе.

Кирпич, привязанный к моему сердцу, казалось, удвоился в весе, когда я провёл рукой по волосам. Пятнадцать минут, и я уйду от брата в последний раз до... когда? Когда я его снова увижу?

— Может, мне не стоит ехать, — вырвалось у меня отчаянно, испуганно, с сомнением в правильности принятого решения.