Книга Выход в клетку, страница 17 – Лана Фрейтаг

Теперь он правда вспомнил. Это было видно по лицу.

Жара, чужой огромный дом, белые шатры в саду, взрослые с бокалами и дети, которые уже умели быть жестокими так, чтобы никто не мог предъявить им ничего конкретного. Ника тогда ушла за дом и села на низкий каменный бортик у боковой дорожки, изо всех сил стараясь не разреветься. Даже в восемь лет она уже понимала: хуже слез может быть только момент, когда их кто-то увидит.

Денис нашел ее там минут через десять. Не стал спрашивать, что случилось. Не полез утешать. Просто сел рядом, протянул ей бутылку воды и какое-то время молчал. А потом сказал своим слишком спокойным, почти взрослым голосом:

— Они специально делают вид, что ничего не было. Так удобнее. Тогда виноватой будешь выглядеть ты, если первой скажешь это вслух.

Ей тогда хотелось послать его куда подальше вместе с его умным лицом и мерзкой правотой. Но почему-то именно после этих слов стало легче.

— Ты уже тогда был невыносимо взрослым, — сказала Ника.

— Я просто рано понял полезные вещи.

— Например?

Денис выдержал ее взгляд.

— Например, что унижение лучше замечать сразу. И никому не показывать, насколько сильно оно задело.

Он подошел ближе снова. На этот раз вплотную.

Ника не отступила. Уже поздно было изображать, что ей все равно, где именно он стоит и как на нее смотрит. Здесь, на этой вилле, его близость чувствовалась иначе. Без городской дистанции, без стекла, людей и правильных пауз. Тело слишком быстро вспоминало, что у нее есть муж, который не орет, не давит, не требует — просто медленно занимает территорию, пока однажды не оказывается, что свободного пространства почти не осталось.

— О чем ты сейчас думаешь? — спросил он.

— О том, что ты все сильнее напоминаешь мне своего отца.

Это была жестокая фраза, и она это знала.

Но Денис остался спокоен.

— Неправда, — сказал он.

— Да?

— Он бы уже решил все за тебя вслух.

Прежде чем Ника успела ответить, Денис поднял руку и коснулся ее подбородка. Спокойно, почти легко, но без права отвернуться. Большой палец скользнул вдоль линии челюсти и задержался у края губы. От этого простого прикосновения у нее сразу стянуло живот.

— А я пока еще даю тебе возможность сказать самой, — тихо добавил он.

Ника заставила себя не двигаться. Не отводить взгляд. Не опускать глаза. Именно это, кажется, и нравилось Денису больше всего — когда она не была послушной, но все равно оставалась рядом.

— И что именно я должна сказать? — спросила она.

Он смотрел на нее слишком внимательно.

— Что ты уже понимаешь, где находишься.

— На вилле?

— Со мной.

Последнее слово прозвучало низко и почти спокойно. И именно поэтому в нем было больше власти, чем в любой грубой команде.

Ника почувствовала, как сердце ударило сильнее. Зло. Неровно. Она ненавидела это в Денисе. Ненавидела, как он иногда умел добраться до самой сути без всякой драмы. И ненавидела еще сильнее то, что тело это слышало не хуже разума.

— Ты слишком уверен в себе, — сказала она.

— Нет, — ответил он. — Я просто слишком долго ждал.

И в следующую секунду поцеловал ее.

Его ладонь скользнула с подбородка на шею, потом к затылку, удерживая ровно настолько, чтобы она не могла отвернуться, не признав, что делает. Ника сначала замерла. Потом все-таки ответила — зло, почти враждебно, как отвечают не от нежности, а от слишком долгого напряжения.