Книга (Без) Права на ошибку, страница 59 – Алла Нестерова

Его лицо напряглось, но он не отступил.

— Ты права, — сказал он тихо. — Я боюсь. Но не одиночества, Ника. Я боюсь, что потерял тебя навсегда. Что потерял шанс быть отцом своему ребёнку. Мой отец прав — я вёл себя, как последний подлец. Но когда он сказал, что ты была лучшим, что у меня было… я понял, насколько был слеп. И да, он запретил мне переступать порог родительского дома, до тех пор, пока я не восстановлю, то, что разрушил.

Он замолчал, аккуратно положил розы на скамейку у входа, словно сдаваясь, но лишь на мгновение.

— Подумай над моими словами, Ника, — сказал он, глядя мне в глаза. — Я не жду, что ты простишь меня сегодня. Или завтра. Но я буду ждать. Сколько нужно. У каждого есть право на ошибку. И только тебе решать, будет у меня шанс эту ошибку исправить или нет. Я приму любое твоё решение.

— Саша, ошибка длиною в два года? — с горечью в голосе ответила я. — Я могла бы понять…, оступился, один раз, бывает, но врать на протяжении двух лет… Ты это называешь ошибкой!

Он повернулся и ушёл, не оглядываясь. Его фигура растворилась в снежной пелене, а я осталась стоять, глядя на белые розы, медленно покрывавшиеся снегом. Странная смесь грусти и облегчения сдавила грудь. Я не хотела его слов, его обещаний, но они всё равно задевали что-то внутри. И я ненавидела себя за это.

Оставив розы на скамейке в больничном парке, я направилась к остановке. Холодный воздух обжигал лицо, но я решила не откладывать дела в долгий ящик. В автобусе достала телефон и набрала номер адвоката.

— Игорь Николаевич? Это Вероника Петрова. Могу я к вам приехать? У вас найдётся время?

— Вероника Андреевна, рад вас слышать. Да, через полчаса есть окно, приезжайте.

Кабинет Игоря Николаевича Смирнова встретил привычной строгостью: тёмная мебель, кожаные кресла, аккуратные стопки папок на столе. Он выслушал мой рассказ о звонке Марины и встрече с Сашей, задумчиво постукивая ручкой по блокноту.

— Итак, он знает о беременности, — начал адвокат. — Это может повлиять на процесс. Согласно статье 23 Семейного кодекса РФ, при наличии беременности или ребёнка до года суд, если истец жена, с высокой вероятностью, назначит срок для примирения — три месяца. Даже с доказательствами измены, которые у вас есть, суд, скорее всего, даст эти три месяца, особенно если ваш муж будет настаивать на примирении.

— То есть нас сразу не разведут? — спросила я, нервно теребя край шарфа.

— Практически уверен, что нет, — пояснил Смирнов. — Первое заседание назначат примерно через два месяца, в зависимости от загрузки судей. Итого — около полугода в подвешенном состоянии.

Я вздохнула. Полгода, пока Саша будет пытаться доказать, что он «изменился». Полгода его обещаний и, возможно, новых манипуляций.

— Что насчёт раздела имущества? Компенсации морального вреда? — спросил Игорь Николаевич, листая документы.

— Мне ничего не нужно, — твёрдо ответила я. — Только развод.

Он приподнял брови, явно удивлённый.

— Вы уверены? У вас есть доказательства двухлетней измены — переписка, свидетель. Это серьёзное основание для компенсации. Плюс пункт в брачном договоре о последствиях измены.

— Уверена, — перебила я. — Не хочу его денег. Не хочу никаких разборок. Хочу просто перевернуть эту страницу книги в своей жизни.