Книга (Без) Права на ошибку, страница 64 – Алла Нестерова

Катя нахмурилась, её рука замерла над миской с салатом.

— А если она начнёт выкручиваться? — спросила она, и в её голосе сквозила тревога. — Ты же говорил, что она может затянуть процесс из вредности. Не явиться на заседание, например. Придумать, какую-нибудь болезнь, чтобы заседание перенесли.

Сергей вздохнул, выключая духовку и поворачиваясь к нам.

— Может, — признал он. — Марина умеет давить на жалость и играть на нервах. Но я настроен решительно. У меня есть доказательства её измен, плюс она сама изначально не возражала против развода. Не явится на одно заседание, на второе, но в конце концов, суд разведёт нас и без её присутствия, я же настаиваю на разводе, просто, если что, придётся немного подождать.

Я посмотрела на Катю, которая нервно теребила край скатерти. Её тревога была понятна: Марина, та ещё стерва, и оставшись одна, может выкинуть какую угодно пакость.

— Кать, — сказала я, коснувшись её руки, — Сергей знает, что делает. И он с тобой. Марина может сколько угодно отлынивать от развода, но она не вернёт его. Вы справитесь.

Катя улыбнулась, её глаза немного посветлели.

— Спасибо, Ника, — тихо сказала она, сжимая мою руку в ответ. — Ты права. Мы справимся. И ты справишься.

Мы сели ужинать, и кухня наполнилась смехом и тёплыми разговорами. Шашлык оказался на удивление вкусным, а картошка по-деревенски — хрустящей и ароматной. Сергей рассказывал смешные истории из своей работы, Катя подтрунивала над его кулинарными талантами, а я просто наслаждалась моментом.

После ужина мы устроились в гостиной с чаем. Катя свернулась калачиком на диване, а Сергей, сидя рядом, обнял её за плечи. Я смотрела на них и думала, что, несмотря на все трудности, в жизни много светлых моментов.

— Ника, — вдруг сказал Сергей, глядя на меня с улыбкой, — ты держись. Ты сильная, и у тебя всё получится. А мы с Катей всегда рядом, если что.

— Спасибо, ребята, — ответила я, чувствуя, как ком в горле растворяется в тепле их слов. — Вы даже не представляете, как много это значит.

Мы ещё долго болтали о мелочах: о том, как назвать малыша, о смешных случаях на работе, о планах на выходные. Когда Сергей и Катя ушли, я осталась в тишине квартиры, но она больше не казалась такой гнетущей. Я положила руку на живот, чувствуя лёгкое тепло. С улыбкой на лице, я, не заметив как, уснула.

Следующие дни прошли в относительном спокойствии. Я погрузилась в привычный ритм работы: принимала маленьких пациентов, заполняла медицинские карты, выписывала направления. Саша не пытался выйти на связь — ни звонков, ни сообщений, и я вздохнула с облегчением. Возможно, он наконец понял, что мне нужно время и пространство. Или, как подсказывала интуиция, готовил новую тактику — с ним никогда нельзя быть уверенной до конца.

Утренний токсикоз постепенно отступал, уступая место странным гастрономическим прихотям. Вчера, например, мне отчаянно захотелось солёных огурцов с мёдом — сочетание, от которого Катя скривилась, но всё же послушно сбегала в магазин. Её реакция рассмешила меня, несмотря на усталость.

Наступил день суда у Сергея. Утром я отправила ему сообщение с пожеланиями удачи, а Катя взяла день за свой счёт, чтобы поддержать его в зале заседаний. Около полудня мне позвонила разъярённая подруга.