Книга В паутине лжи. Цена предательства, страница 37 – Алла Нестерова

«Отлично. Помни — никакой спешки. Просто познакомься, будь обаятельным, а если повезёт, то позови на свидание»

«Обаятельным? Я же пиарщик из Питера, а не Казанова,» — ответил он.

«Ты мой брат. Обаяние у нас в крови,» — отправила я, улыбнувшись впервые за день.

Вечером Антон пришёл домой ровно в семь. Молча прошёл на кухню, достал из холодильника остатки вчерашнего ужина, разогрел в микроволновке. Я сидела в гостиной с ноутбуком, делая вид, что работаю над отчётом.

— Есть будешь? — бросил он из кухни. Первые слова за вечер.

— Уже поела, — ответила я, не отрываясь от экрана.

Он промолчал. Слышно было только звяканье приборов и тиканье часов. Через полчаса он ушёл в спальню. Я ещё долго сидела в темноте гостиной, прислушиваясь к звукам квартиры. В одиннадцать он принял душ, потом всё стихло. Спит или притворяется — неважно. Главное, что дома.

Утро пятницы, завтрак в молчании, натянутые кивки в офисе, обмен документами через посредников. Но я чувствовала нарастающее напряжение Антона. Он постоянно проверял телефон, нервно барабанил пальцами по столу, срывался на подчинённых по мелочам.

В три часа дня мне позвонил Саша.

— Всё прошло идеально! — его голос звенел от возбуждения. — Познакомились, поболтали.

— Подробности! — я вышла из офиса на лестничную площадку, чтобы никто не слышал.

— Консультация была формальной — хирург посмотрел мой старый шрам, сказал, подумает, что можно сделать. А потом я специально задержался в холле, дождался, когда она вышла из клиники. Столкнулись «случайно» у выхода, я придержал дверь, она поблагодарила. Разговорились.

— И?

— Пока шли к метро, общались ни о чём, обычный трёп. Разговор зашёл о детях и она упомянула, что с дочкой собирается в субботу в «Экспериментаниум» — музей науки для детей. Я сказал, что с удовольствием составлю им компанию, так как во времена моего детства, таких музеев не было.

— И она согласилась?

— Не сразу. Сначала напряглась, но я сыграл простого парня — мол, просто я обожаю всякие научные штучки, а одному идти не хочется. В итоге согласилась. Встречаемся завтра в пятнадцать часов.

— Саш, ты гений! В одиннадцать мы будем выезжать к родителям, к двенадцати будем там, пару часов посидишь с нами. А потом сошлёшься на срочные дела и поедешь на встречу. Да и ещё Саш…, я сделаю так, что Антон меня поцелует, ты нас сфотографируешь. Ты скажешь ему, что надо запечатлеть этот счастливый момент и возьмёшь его телефон, попросишь, разблокировать, чтобы сделать фото. При наших родителях, он не посмеет отказать.

— Так…, и что ты задумала? — спросил брат.

— Я сделаю так, что у него не будет доступа к телефону, минут двадцать. Нужно отправить фото где мы целуемся, Агате, убедиться, что она прочитала, затем удалить, типа ошибся.

— Ну ты и придумала. А если Антон узнает?

— Ты дождись, когда она ответит и удали сообщение.

— Лика, мне кажется, как-то это всё вилами по воде. Слишком много если, — ответил Саша. — Если, ты не сможешь его отвлечь так надолго, если он не даст свой телефон, если Агата ответит ему через час и прочие если?

— Рискнём! — ответила я.

— Я люблю шампанское. — брат усмехнулся. — Кстати, что там твой благоверный? Не подозревает ничего?

— Он со мной почти не разговаривает. Но завтра придётся изображать счастливую семью перед родителями. Ладно братец, работать надо. До завтра!