Книга Четыре года после развода?⚡️. Основано на реальных событиях. 1ч, страница 171 – Мила Букина

— Я это понимаю, и всё же считаю, вы задрали планку слишком высоко. Что Александр, что ты… ко мне почему-то не прислушиваетесь и не воспринимаете всерьёз.

— Я услышал тебя, но уже всё решено, магазин будет открыт. Поживём, и увидим, что это даст. А ты поешь, и иди спать, раз завтра раньше вставать. Я всё уберу.

— Семён, я ценю то, что ты стараешься, заботишься. Но если ты это делаешь, с целью вернуть то, что между нами было раньше, то ты опоздал. Как раньше уже не будет.

— Я просто стараюсь сохранить то, что осталось. Думаешь, я не замечаю, что стал тебе безразличен? Я постоянно это чувствую, редкий случай, когда ты замечаешь меня, а не моё тело. Мы больше вообще не разговариваем о нас, будто нас больше и нет вовсе. Говорим о чём угодно: о дочери, машине, быте, работе… Ты меня хоть немного ещё любишь? Я тебе совсем не нужен?

— Я тебя ещё люблю. Где-то там под толстым слоем обид и разочарования лежат мои чувства, очень глубоко внутри. Но я больше не верю, что с тобой можно быть счастливой, я не верю твоему слову, я не жду с тобой стабильности и рассчитываю только на себя саму. Ты мне всё ещё нужен… но я от тебя уже очень далеко. Ты можешь причинить боль как физическую, так и душевную и я вынуждена защищать себя. Ты не понимаешь меня и моих чувств, отсюда и мой холод.

Семён бросил посуду в раковину, подошёл к Эле и глядя в глаза сказал:

— А я люблю тебя всё так же и боюсь окончательно потерять тебя.

— Я не ранила твоих чувств и не разрушала их, поэтому они у тебя не изменились. Если б я поступала с тобой так, как ты со мной, ты не выдержал бы и половины. Ты давно бы ушёл из семьи и жил бы своей жизнью.

— Этого ты не знаешь, чтобы я сделал… Ты тоже не сахар, ты меня часто обесцениваешь и даже не замечаешь этого. Нам обоим есть, куда расти, и я верю, что сумею снова завоевать твоё доверие, со временем.

— А я уверена, что ты снова сорвёшься, уйдёшь, напьёшься как обычно… это всё тоже дело времени. Только мне уже становится наплевать, я уже не та Эля, которая в панике бегала за тобой и разыскивала по ночам. Я живу с тобой как с соседом, выполняю свои обязанности ради дочери. А внутри – я одинока. Вот, что ты сделал, с той девочкой, которая тебя беззаветно любила. Готова была ради тебя на всё, лишь бы быть с тобой рядом…

Семён поморщился, было видно, что ему больно от её слов, он швырнул помытые тарелки на стол и ушёл с кухни в спальню. Эля протёрла посуду, убрала в шкаф, приняла душ и легла к нему в постель. Несмотря на усталость, она не чувствовала сонливости и ворочалась. Семён тоже не мог уснуть, но он отвернулся от неё и лежал не шелохнувшись, делая вид, что он спит.

Эля чувствовала, как пустота в душе накрывает её с ног до головы и давит, она внутренне металась и не могла найти себе места. Он рядом, но его будто нет, говорить с ним ей не о чем. Он больше не способен заполнить её чёрную дыру в душе. Она знает наизусть всё, что он скажет. Эля остро ощутила, что ей жизненно необходимо хоть с кем-то поговорить. Она вспомнила про маму, но передумала звонить ей. Отчим находился в больнице, и у мамы Эли и так проблем хватало, она не стала обременять маму в сложный период её жизни. Никите Афанасьевичу поставили диагноз сахарный диабет, ампутировали ногу, и он стал инвалидом, без работы. Её маме сейчас самой нужна была поддержка.