Книга Четыре года после развода️⚡️. Основано на реальных событиях. 2ч, страница 207 – Мила Букина

Эля задремала перед телевизором и проснулась от звука фейерверков за окном. Она взглянула на Вику, которая скучала перед экраном и затем на часы. Увидев, что уже 22:30, она поднялась и начала перебирать наряды в шкафу. В этот раз из-за небольшого животика она решила не надевать короткое и облегающее платье. Она достала нежно-розовое платье в пол. И сказала Вике:

— Викуся, пора наряжаться. Одевай своё платье, и я сделаю тебе причёску. Уже скоро будем провожать Старый Новый год. А я пока пойду, посмотрю, что там папа наш устроил на кухне, там наверняка Мамай прошёлся.

— Мам, я сама прическу себе сделаю. Две косички сойдёт, мы же не идём ни к кому в гости, и к нам никто не придёт.

— Ну почему же не придёт? Бабушка Люда сейчас приедет, она сегодня не работает. А завтра приедет Дина с Настей.

— О, Настя... И гулять пойдём? На ёлку поедем в центр?

— Да, может, на каток заедем или в кафе.

— Круто. Ладно. Сделай мне «Мальвинку» из двух косичек, как ты себе делаешь.

— Хорошо.

Эля зашла на кухню, осмотрелась. Мясо в духовке уже было выключено, а картошка варилась на плите. На столе всё было прибрано, и придраться было не к чему. Она очень удивилась и направилась в гостиную. Там Семён с бабушкой уже сидели за столом и увлечённо смотрели «Служебный роман».

Семён тут же повернул свою голову и посмотрел на Элю, увидев её в платье, он завис, рассматривая, как оно струится по её бёдрам. Он тут же встал, подошёл и обнял её, а она прижалась к его плечу и они ненадолго зависли в своей вселенной. Бабушка, глядя на них, лишь улыбнулась.

Эля вернулась в реальность и сказала:

— Может, уже откроешь шампанское? Скоро мама моя придёт. А нам с Викой открой, пожалуйста, детское шампанское.

Семён взял в руки шампанское и начал открывать. Эля села за стол и пробежалась глазами по блюдам, стоящим перед ней, и, найдя шпажки с креветками-гриль, начала их есть. Семён взглянул на это зрелище и только поморщился, весь его лоб покрылся складками, и одна бровь выгнулась дугой. Эля вдруг сказала:

— Семён, а где нарезки?

— Нарезки? Какие нарезки?

— Ну, я же тебя просила сделать их, когда ушла отдыхать. Ты сказал, что справишься. Но я их не вижу на столе.

— А, нарезки... Я забыл про них. Извини, сейчас пойду, и сделаю.

— Я так и знала... что слишком много задач для тебя сразу... Надо было записывать, профессор!

— Да ну тебя... Сама виновата, встала на носочки и весь процессор мне перегрузила. Я стоял там один и очень старался восстановить утерянные данные, но одна задача потерялась.

Эля засмеялась и ответила:

— Ладно, пошли вместе нарежем, на тебе колбаска, а я помучаюсь с сыром.

— Нет, я помучаюсь с сыром, а ты режь колбасу, это проще.

— Хорошо, пошли.

Они весело и шумно встретили Новый год всей семьёй: шутили, спорили, мечтали, загадывали новые желания под бой курантов. А после застолья Семён, Вика, Эля и ещё один малыш внутри пошли на улицу запускать фейерверки. Эля смотрела на то, как Семён установил фейерверк в снег, поджёг его и отбежал в сторону. Как засмеялась Вика, как огромные яркие вспышки рассыпались по ночному чёрному небу, искрясь жёлтыми огоньками, и она думала:

«Неужели действительно можно быть настолько счастливой? Неужели я больше никогда не буду сидеть на подоконнике и рыдать всю ночь, глядя в пустое и чёрное небо? Неужели в нём теперь настоящий салют?».