Книга Эля и Семён. Рассказы не вошедшие в цикл книг «Четыре года после развода», страница 14 – Мила Букина

Семён смотрел на Элю с недоумением, он насупился и ответил:

— Как это «не получишь»?

— Вот так. А если начнёшь приставать, ещё и завтра не получишь и так далее… весь отпуск будешь своё напряжение в спортзале скидывать, со штангой займёшься... любовью.

— Нет… Ну, я так не согласен. Я же вообще ни в чём не виноват, за что меня наказывать? Я ничего плохого не сделал. Жену свою погладил, тоже мне преступление. Ну и ладно, сиди тогда тут и потей. Можно было так не упаковываться, и не мучиться. Сказала бы прямо, и я бы не полез. И одеяло мне не нужно было стелить. Я вообще им накрываться не буду. Жара такая… нахрен не нужно никакое одеяло. Оба себе забирай. Подавись.

Он взял своё одеяло и накрыл им Элю с головой, и лёг на свою половину кровати, повернувшись к ней спиной.

Эля сбросила все одеяла на пол и теперь уже она смотрела на него с нескрываемой улыбкой, но тут же сделала серьёзное лицо, продолжая невозмутимо смотреть свой фильм. Они немного так полежали, затем Семён повернулся и сказал:

— Ну ладно, извини. Я забыл, что ты тревожная и тебе, наверное, действительно было страшно. Я бы, например, даже внимания не обратил на девушку в бассейне, которая что-то там простонала. В бассейне всегда шумно, кто-то визжит, кто-то кричит, плюхается, сталкивается, ударяется. А для тебя это, конечно, перебор был. Но я не думал, что через купальник ты так остро отреагируешь. Кончай этот свой цирк. Одевай нормальную одежду и ложись спать. Выключай телевизор, он мне мешает уснуть.

Эля с удивлением посмотрела на Семёна и ответила:

— Ого, как быстро дошло. Вот это уже по-взрослому. Больше так вообще никогда не делай, пожалуйста, ладно?

— Ладно. Что, прям, вообще и никогда?

— На людях, вообще и никогда.

— А без «на людях» можно?

— Можно.

— А когда?

— Завтра.

— А почему не сегодня?

— Потому что сегодня, я на тебя обиделась.

— И до сих пор обижаешься?

— Да.

— Тогда, давай, думать, как от твоей обиды избавиться.

— Думай.

— Пойдём куда-нибудь погуляем, проветримся?

— Не хочу.

— В ресторан? Хотя столик я так и не забронировал… Пошли к морю сходим? Там ночью красиво.

— Кстати, ни разу не была ночью у моря. Пошли.

Эля тут же стянула с себя леггенсы и лонгслив и, оставшись в одном белье, начала перебирать вешалки в шкафу в поисках подходящего платья. А Семён улегся поудобнее и начал наблюдать кино, под названием: «Полуголая Эля, бегает по комнате». Эля вытаскивала одежду на вешалке из шкафа, и подбегая с ней к зеркалу, выставляя одну ногу вперёд, прикладывала наряд к плечу. Затем вся вытягивалась и крутилась перед зеркалом, осматривая себя сверху вниз. Потом отбегала обратно к шкафу за следующей вешалкой.

А Семён лежал с довольной улыбкой кота, загнавшего мышь в мышеловку, разглядывая, как напрягаются её бёдра, когда она вытягивает ногу вперёд и как она крутит ягодицами перед зеркалом. На пятой примерке она заметила, в отражении зеркала, как он смотрит на неё и всё поняла, она повернулась к нему и спросила:

— Почему не одеваешься? Что развалился и зыришь?

— Я уже выбрал что надену. Футболку и шорты. Теперь жду, пока твой винегрет в голове перемешается, и ты соберёшься.

Эля натянула на себя платье со спущенным плечом, затем расстегнула бюстгальтер и вытащила его через верх платья. Семён разочарованно посмотрел на то, как бюстгальтер отправился в полёт на полку и подумал: