Книга Он принадлежал работе. Пока не взял её, страница 33 – Мила Букина

Она сильная, она справится, она все выдержит - не в первый раз ей приходится брать свою волю в кулак. Она больше не даст слабины, достойно перенесет его поцелуи, прикосновения, холодный расчет и отрешенный взгляд. Она доиграет свою роль до конца. К тому же она не могла подвести Веру.

В своем кортеже Андрей ехал по городу без всякой цели. Его лицо выражало душевную боль. Оставшись наедине с собой, он больше не должен был изображать железного человека. Он прижал ладонь к своей груди и сбивчиво дышал, пытаясь справиться со своей тахикардией*.

Водитель заметил перемены в его лице и спросил: «Андрей Семенович, вам плохо?»

«Да, мне не хорошо. Останови тут около сквера, я немного пройдусь пешком», - ответил он.

«Отправить с вами телохранителей?» - уточнил водитель.

«Не нужно. Я пойду один. До конференции еще есть время. Ты же возвращайся в отель вместе с остальными», - сказал он уже привычным командным тоном. Водитель кивнул в ответ.

Андрей шел по тропинке мимо деревьев совершенно один. Давящая боль пронизывала его изнутри, впиваясь и скручивая, не отпуская. Он не испытывал раньше ничего подобного. Андрей ненавидел себя за свои чувства, впервые ощутив себя слабым, уязвимым, зависимым. Все это терзало и пугало его.

Он много добился в своей жизни благодаря своему внутреннему самоконтролю. А тут какая-то девчонка пришла в его жизнь, и все рухнуло - его контроль растворяется, когда она рядом. Она могла подчинить его себе одним только запахом. Это немыслимо. Андрей пытался как-то объяснить себе это и защитить себя от этого. Он не понимал, почему ему так больно отказываться от нее.

Он подошел к дереву и ударил его ногой, пытаясь куда-то выплеснуть свою тоску и негодование. Затем он закрыл глаза и уперся в дерево лбом, будто пытаясь отдать ему часть своей боли. Но боль никуда не делась.

Он мысленно сказал себе: «Все в порядке. Это просто наваждение, и оно пройдет сразу, как только все закончится. Мы разведемся, и она исчезнет из моей жизни. Не будет больше ее запаха, ее вкуса и этого влияния. Осталось потерпеть совсем немного. Просто ее феромоны совпали со мной на 100%, и действуют на меня как наркотик. Обычная химия - не более того. Не будет источника, не будет и стресса».

Так он объяснил себе происходящее. Это объяснение его вполне удовлетворило. Как хирург он прекрасно понимал, как устроено человеческое тело, и какое влияние оказывает женский копулин* - предназначенный будить пылкость, чувственность и страсть. Они совпали на молекулярном уровне.

Вернувшись в отель, Андрей приступил к работе по графику, проводя пресс-конференции и совещания, как ни в чем не бывало. К обеду он вернулся в свой номер. Анастасия ждала его там.

Горничная прикатила в президентский люкс огромную тележку с обедом и выставляла ароматные блюда на столе в столовой. Андрей и Анастасия сидели за столом, улыбаясь друг другу. Но едва горничная скрылась из виду, на лица обоих опустился леденящий холод.

Андрей спросил: «Я вижу, ты продолжаешь играть роль моей жены и не собрала свои вещи. Ты остаешься?»

Анастасия отпилила кусочек мяса и отправила его в рот, нарочно затягивая паузу. «Да, я приняла решение никуда не уезжать. Мы закончим это все, как и планировали. Но я хочу компенсацию за нанесенный мне ущерб», - и она снова сделала паузу.