Книга Развод. Последний приказ, страница 85 – Анна Риман

— Нам пора.

— Конечно, сбегай. Помогает примерно минут на десять.

На работе после кафе всё пошло не так.

Сначала еще удавалось читать письма, отвечать на короткие сообщения, править таблицу. Потом взгляд начал цепляться за слова, а смысл проходить мимо. В строке «северный участок» почему-то дрогнули пальцы. Пришлось удалить лишние буквы и набрать заново.

Командировка закончится.

Эта мысль раньше звучала нормально. Даже хорошо. Вернуться, закрыть хвосты, отдать Волкову деньги, забрать свои вещи и снова войти в обычный московский ритм.

Волков останется там.

У него своя жизнь. Работа, люди, которые знают его годами. А у меня здесь ипотека, документы на подпись и почти вырванная у Максима квартира.

Телефон пискнул новым письмом. Я открыла его машинально.

От северного филиала.

В теме стояло: «Возвращение сотрудника».

Сердце неприятно дернулось.

В письме не было ничего особенного. Просили уточнить дату моего возвращения, приложили список документов, по которым еще требовались пояснения. Обычная рабочая переписка. Такие письма не должны были менять настроение.

Пришлось перечитать письмо три раза, чтобы нормально ответить. В итоге написала сухо: дату уточню после согласования с Иваном Семёновичем.

В кабинет заглянула Ирина.

— Ты живая?

— Относительно.

— Смотрю, мысленно ты уже в северном краю с медведями.

— Ну какие медведи в офисе.

— Жаль. Было бы веселее.

— Иди работай.

— Вот уйду в декрет, будешь скучать.

— Уже начала.

Она фыркнула и исчезла.

Я ещё несколько секунд смотрела в монитор, потом свернула письмо и открыла таблицу с отчетами. Цифры наконец перестали расплываться перед глазами.

Ирина права.

Мысль пришла без привычного внутреннего спора. Один раз я уже построила жизнь вокруг мужчины. Подстраивалась, терпела, объясняла себе чужие поступки усталостью, работой, сложным характером. Закончилось всё Светой в моей квартире и адвокатами.

Второй раз в эту историю я не полезу.

Даже если рядом с Волковым я впервые за долгое время переставала постоянно напрягаться.

Телефон снова мигнул новым письмом. На этот раз от Ивана Семёновича с просьбой зайти утром.

Вот о чем нужно думать.

Открыла ежедневник и начала расписывать неделю. Встреча с адвокатом. Подписание документов. Замок всё-таки надо поменять. Отправить матери Светины вещи. Согласовать даты по северу. Подготовить материалы для нового проекта.

Обычные дела неожиданно успокаивали. Чем плотнее становился список, тем меньше оставалось места для ненужных мыслей.

К концу рабочего дня голова снова заработала нормально. Даже отчёт, с которым провозилась полдня, наконец сложился как надо.

Из офиса я вышла одной из последних. Вечерняя Москва шумела, мигала фарами, толкалась в метро. В соседней кофейне смеялись студенты, возле остановки ругалась какая-то пара. Моя жизнь. Привычная, понятная.

Именно за неё я дралась последние месяцы.

Осталось только убедить себя, что всё было не зря.

Иван Семёнович ждал меня с самого утра. Секретарь даже не стала спрашивать фамилию, только махнула рукой в сторону двери.

— Заходите, Наталья Олеговна.

В кабинете пахло кофе и бумагой. На подоконнике стояла кружка с остывшим чаем, рядом лежала раскрытая папка. Иван Семёнович кивнул на стул.

— Садитесь. Поговорим.

Внутри неприятно кольнуло. После вчерашней беседы с Ириной любое «поговорим» звучало подозрительно.