Книга Что скрывает Диана, страница 63 – Ася Лавринович

Обнимаю крепко. Твоя Диана»

Дочитав это письмо, я ощутила сосущую пустоту. Даты в письме не было, но по содержанию несложно догадаться, когда велась переписка. Я еще совсем маленькая… Получается, я в заточении у какого-то неведомого Чижика? Почему мама писала ему письма? И жаловалась на папу, который совсем не помогает… Этот период нашей жизни я помню очень плохо, но мне всегда казалось, что мама и папа из разных миров. А став старше, я даже удивлялась, как они вообще нашли точки соприкосновения и столько лет прожили вместе. Все, что их объединяло, – я и амбиции.

Подростком я уже догадывалась, что у папы есть другая женщина, но мама была вне подозрений…

Писем было несколько, и приступать к чтению следующего я не торопилась. Еще от первого не прошло странное послевкусие. Я снова зачем-то начала перечитывать: «Привет, мой дорогой Чижик! Пишу тебе под покровом ночи, когда…»

За стенкой вдруг раздался сначала громкий чих, а затем отчетливо послышался мужской голос: Тарас выругался. Я подскочила на месте и стала оглядываться по сторонам. Неужели здесь такие тонкие стены? Однако вскоре наверху, практически под самым потолком, обнаружила квадратную вентиляционную решетку. Вот почему я так прекрасно слышу Соколова. Я подставила к ней стул, но моего роста не хватало, чтобы дотянуться. Я бросилась к письменному столу и принялась его двигать со страшным скрипом в угол комнаты. Я то и дело оборачивалась, чтобы проверить, не пожаловал ли на проверку Валера. Но за дверью было тихо. Интересно, в какой комнате обитают наши похитители, ведь дом такой огромный? Я встала на стол, перед этим положив на него еще и толстенные отчетные журналы. И лишь тогда наконец смогла дотянуться до решетки.

— Тарас! – негромко позвала я. – Ты тут?

— Нет, пошел покурить, – недовольным голосом отозвался Тарас откуда-то снизу. – Тут, конечно! Где мне еще быть?

Через пыльную решетку я оглядела помещение, в котором оставили Тараса. Условия от моих действительно отличались: мебели не было, только составленные в углу ящики, из которых Тарас соорудил себе «кровать».

— А в ящиках что? – спросил я все так же шепотом.

— Апельсины!

— Серьезно? Как у Чебурашки?

— Ты тормозишь больше обычного. Я же пошутил. Нет в них никаких апельсинов. Я проверил, они пустые.

— Просто шутишь несмешно! – прошипела я. – Придвинь их сюда, к стенке, надо поговорить!

Сквозь решетку я увидела, как Тарас послушно составляет ящики, и заметила, что он прихрамывает. Соколов сейчас похож на настоящего пленника. Это из-за фингала под глазом. Интересно, как завязалась его драка со Стасяном? И как Тарас вообще оказался здесь? Это мне и хотелось как можно скорее выяснить.

Тарас наконец придвинул ящики, взгромоздился на них, и вскоре через пыльную решетку я увидела его не слишком довольное лицо.

— Привет! – зачем-то поздоровалась я, вдруг смутившись.

Мне снова показалось, что я наблюдаю за нами со стороны. И вообще, все происходящее такое странное и нереальное.

— Отец, я решил исповедаться, – глумливо начал Тарас.

— Снова тупо шутишь? – рассердилась я. – Как ты здесь оказался?

— Ты сама попросила придвинуть ящики. Забыла?

Я почувствовала, что вот-вот взорвусь. По-другому мы общаться не умели, но нужно скрыть раздражение и найти компромисс.