Книга Запретные игры, страница 66 – Наталья Шагаева

Лев достает телефон и настраивает камеру. Лиза стоит между нами. Смешно, но эта девочка меня защищает. Сестру-то он не посмеет тронуть.

— Да что происходит, ты обкурился, что ли? — злится Лиза.

— А происходит у нас воровство, — уже в камеру произносит парень. — Я потерял часы, и вот горничная нашла их под подушкой у этой... — наводит на меня камеру. Отворачиваюсь. — У Нади, как приказал называть ее отец, — язвительно произносит мое имя. Наводит камеру на мою кровать, убирает подушку и откидывает ее на пол...

Там действительно лежат часы. Замираем вместе с Лизой, смотря на них. Я даже закрываю глаза, чтобы убедиться, что не брежу, а когда открываю, часы по-прежнему на месте.

— Что и требовалось доказать, — зло ухмыляется Лев, забирая свои часы. — Делай выводы, отец, — театрально произносит в камеру, а Лиза отступает от меня, хмурясь.

Поверила?

Она разворачивается ко мне, кусая губы, а я отрицательно качаю головой.

— Я ничего не брала, правда. Я не понимаю, как они здесь оказались, — пытаюсь оправдаться.

— Ага, сами пришли. Часы же ходят, — противно усмехается Лев, надевая их на руку.

— Да зачем ей твои часы? — интересуется Лиза.

— Их можно загнать минимум за триста штук. Для тебя – ничего, для нее – деньги, которых она никогда не видела.

— Если ей нужны деньги, она может попросить их у отца, — логично рассуждает Лиза, но уже отходит от меня подальше. Лицо озадаченное.

— А натура такая, блядская, — выплевывает Лев. — В общем, слушай сюда! — идёт на меня. Отступаю, сглатывая.

— Не трогай ее! Пусть папа сам разбирается, — велит ему Лиза, но парень ее не слушается.

Я останавливаюсь, упираясь в стену. Лев нависает надо мной. Паника разгоняет сердце. Ладони потеют. Но я вздергиваю подбородок, готовая дать отпор.

Сколько можно меня швырять и унижать!

Просыпается злость.

Не просто злость – ярость!

Хватит в меня играть!

— Лучше сама сейчас собери свои тряпки и съе*ись отсюда. Мой отец очень не любит крыс. Особенно если они у него под носом.

— Нет! — уверенно произношу ему в лицо. — Нет, потому что я ничего брала и мне нечего бояться! — говорю смело, а внутри уже бьюсь в истерике.

Конечно, я хочу уйти из этого дома, но не таким способом.

— Смотри, Лиза, какая расчётливая попалась, но строит из себя овцу. А ты ведёшься на нее. Я же тебя предупреждал, что пожалеешь, если не свалишь, — уже шипит мне сквозь зубы.

— Лев! Оставь ее! Пойдем, — оттаскивает от меня брата Лиза, потому что он уже вжимает меня в стену. А я хоть и хочу казаться смелой, но губы начинают дрожать. — Лев! — рявкает Лиза. — Я звоню отцу!

Парень отступает. Лиза его уводит. А я остаюсь, сползая по стене в мокром купальнике.

За что мне это все?

Олег

— Что думаешь? — спрашивает Довлатов, откидываясь на спинку кресла.

— Я думаю, с этим пора заканчивать.

Мне претит сама мысль отправлять Надю на встречи с шакалом Мамаева. И мне совсем не понравились взгляды и намеки самого Павла.

Никто не имеет право играть в неё.

— Надо доиграть партию, — рассуждает Вадим, смотря в панорамное окно моего кабинета, где Лиза дразнит собак.

Зараза такая.

Ведь отгрызут руки. Но нет, они с ней как шёлковые, виляют хвостами, уши поджимают.

— Ты бы велел ей завязывать играть с собаками. Порода агрессивная, мало ли, — обеспокоенно произносит Вадим.