Книга Запретные игры, страница 7 – Наталья Шагаева

Машина тормозит возле арки, которая ведет во дворы.

— Спасибо, — выдыхаю я.

— До завтра, Надя, — произносит мужчина.

Киваю, хочу выйти, но тупо зависаю на двери, среди множества кнопок не могу понять, как открыть дверь.

Мужчина наклоняется, почти наваливаясь на меня. Его запах врывается в легкие, и мое горло сжимается. Но Литвин всего лишь открывает мне дверь.

— Спасибо, — снова благодарю, хочу выйти, но мужчина неожиданно хватает меня за скулы и разворачивает к себе. Тело каменеет, по спине идет холодок. Его большая ладонь с платиновыми часами немного сжимается. В моих глазах испуг, в его... не знаю, я не умею читать холодные взгляды, но там нет ничего хорошего.

Через минуту мужчина резко меня отпускает.

— Иди, — велит он мне, и я вылетаю из машины на дрожащих ногах.

Что это сейчас было?

Мне хочется домой, к бабушке, и чтобы всё закончилось. Но это только начало... И я иду на съемную квартиру.

Надежда

Пытаюсь открыть дверь своим ключом. Но замок не поддается. Квартира не моя, я не привыкла, поэтому не сразу понимаю, что не так. Толкаю дверь, понимая, что она уже открыта. Сердце замирает, потому что я точно помню, что закрывала дверь. Застываю на пороге, не решаясь идти дальше.

— Проходи, мышка, — ко мне выходит Эдуард с моей чашкой в руках, из которой идет пар и пахнет моим вишневым чаем. — Ты же дома, — усмехается. Сжимаю губы, раздеваясь в прихожей. Иду на кухню. Мужчина сидит за небольшой стойкой и с удовольствием хрустит моим миндальным печеньем. — Садись, что ты, как не родная, — ненавижу эту его крысиную ухмылку. Сажусь, смотрю на Эдуарда исподлобья. Кто бы знал, как я его ненавижу. — Ну что молчишь? Рассказывай, — велит мне, шумно отпивая чай из кружки.

— Что рассказывать?

— Мышка, бля, не тупи! — злится Эдуард.

— Все хорошо, ему понравилось, он велел приезжать каждый день, — сообщаю я.

— Замечательно, — довольно щурится. — Дальше?

— Что дальше?

— Мышка, иной раз мне кажется, что ты специально нарываешься! — снова психует.

— Он подвез меня домой. Спрашивал, как долго я занимаюсь массажем, насмехался, что слишком молода, — всего разговора не передаю. Не хочу. И то, как странно и пронзительно смотрел на меня Литвин, тоже не говорю.

— Он тебя подвез. Да и в общем завел с тобой разговор в первый же день… — загадочно улыбается, не договаривая. Пауза, Эдуард долго молчит.

— Завтра не наденешь под форму бюстгальтер, — вдруг изрекает Эдуард.

— Что?! — вскрикиваю от возмущения.

— Что слышала, — скалится мужчина. — Если он не будет инициатором диалога, заведешь разговор сама. Только ненавязчиво.

— Да о чем мне с ним говорить? Я ляпну какую-нибудь глупость.

— Глупые куклы сейчас в моде у людей уровня Литвина. Главное – взмахивать ресницами и смотреть на него щенячьим взглядом.

Сглатываю, втягиваю воздух.

— Не вздыхай тут мне, — цокает Эдуард и поднимается с места, вытирает руки моим полотенцем, которое сушится на батарее. — Лучше займи свой вечер домашним заданием.

— Каким еще заданием?

— Изучи информацию о Литвине. Ничего криминального. Погугли, чем он занимается, чем увлекается, чтобы было, о чем с ним поговорить, — велит мне Эдуард и выходит из кухни, а я только сейчас замечаю, что он не снял ботинок, которые оставляют грязные следы на бежевом ламинате.