Книга Sex под запретом, страница 93 – Анель Ромазова

По позвоночнику льётся неприятный холодок, а волоски на теле становятся в рядок и смирно. Орловский — террорист. Милая Кристина — шпион.

Как жить — то после этих знаний и доверять людям.

Пойду я выпишу себе центрифугу и распадусь в ней атомы. Вернусь через сто лет, когда некому будет помнить о моём существовании.

— Да, но я же говорю: мы не общаемся, а он хотел меня к своей любовнице в квартиру поселить. Мне неудобно его напрягать. Амин написал, мы номерами обменялись, а потом я уже в его ленте на твоё объявление наткнулась, — Кристина знает фокус, как сделать так, чтобы задёргались оба глаза.

Я, кажется натуральным образом расшевелила клан Сопрано или возмутила улей со шмелями. Не верю я в совпадения. НЕ ВЕРЮ! Крепись, Офелия, ничего такого не случилось. Просто держись от Кострова подальше, и ей нечего будет доносить.

— Почему не попросишь его с работой помочь? И обустроиться на новом месте? — вставляю осторожненько, чтобы не качнуть маятник и не выдать своих подозрений.

— У нас своя семья, у него своя. Он не обязан нам помогать, а я не хочу быть ему обязанной ещё больше, он итак…, — взяв интонацией верхнюю ноту, внезапно осекается, — Неважно. Ты капкейки любишь банановые? У меня Славка их обожает, каждый день просит, — воровато кружит глазами по сторонам, лишь бы не смотреть на меня прямо.

Вот так значит. Есть у нас секретик, и мы не хотим его раскрывать. Я же журналист, передо мной нельзя махать вкусной булочкой, а потом прятать её за спину и говорить, что ничего нет и мне почудилось.

— Люблю, только печь не умею, с меня продукты, — располагаю к себе Кристину, нащупав кое-что пока непонятное, для какой цели.

Под Амином всё равно подведена черта. После моих выкрутасов, он вообще ничего не захочет, кроме как отыграться за подбитое самолюбие. Ещё бы, душнила променяла парня премиум-класса на долбача. Это единственная энциклопедия, о прочтении которой я жалею и умываюсь солёными слезами, но этого никто не видит. Я же не плачу напоказ.

Кристина пишет список продуктов и пытается всучить мне деньги, но я не крохобор отжимать деньги у матери-одиночки. Богатый и всесильный дядя не даёт моим мыслям покоя, но это как-то надо раскрутить незаметно, чтобы не вляпаться по-крупному. Вдруг Кристина и правда ни в чём не замешана, а я разверну против неё воинственный лагерь. Хочется верить, что не все Лебедевы, такие Лебедевы.

Ухожу в магазин, переписываясь с Ирискиной. Может с ней поделиться приключениями. В груди тяжесть, что не продохнуть временами.

Между полками брожу, апатично скидывая в корзину всякое вкусное, но не полезное.

Листаю ленту Амина и последние фотки с тренировок. На заднем фоне нескольких маячит, орущая во всю глотку от восторга, Калинина. Надо же, она блин, как-то масло в любую дырку пролезет.

У всех есть доступ к Амину, а у меня нет. Светка на тренировках возле него крутится. Кристина поедет с ним кататься и смотреть на ночной город. А мне предложили по-быстрому сделать минет. Где справедливость? Из нас троих новичок в сексе только я.

Вешаю полную корзину на согнутую руку и отклоняю звонок от Лекса. Очухался уже, но, как по мне, слишком быстро, напомнил о себе и загрузил думами. Было или не было у нас. Опять же, зачем Лексу врать. По логике любую девушку оттолкнёт если ей воспользуются в нетрезвом виде. Иначе, как он воспользовался, я не расцениваю. Грызут сомнения и с тем, что я ему нравлюсь.