Книга Его заложница, страница 12 – Наталья Шагаева

Мужик возвращается ко мне и с ходу дергает на себя, прижимая как можно теснее. Стараюсь не морщиться от резкого запаха спиртного и сального взгляда. Мы только танцуем, а я уже чувствую себя грязной, словно меня отымели. Хотя так оно и есть. Меня, считай, продали.

— Александра, вам кто-нибудь говорил, что вы очень красивая девушка?

— Говорили, — усмехаюсь.

— Не верьте, вам лгали. Ты не красивая, — так быстро переходит на «ты». — Ты шикарная женщина.

Такой дешёвый подкат. Вроде взрослый мужчина. Но нет в нем ничего истинного мужского. Видно, что привык покупать, а не завоёвывать. Ничего не отвечаю, закатывая глаза. Когда закончится этот танец? Меня уже тошнит от близости с Хреном. На Вадика даже не смотрю. После этого показательного танца я уеду домой.

Одна.

— Вижу, тебе здесь скучно? — мужик прижимается ко мне теснее.

— Да, не люблю такие места. Голова болит.

— Тогда позволь пригласить тебя к себе в усадьбу. Там тихо. Свежий воздух, сауна, бассейн. Хорошее место для отличного отдыха. Естественно, вместе с женихом, — ухмыляется, понимая, что жених у меня так себе.

Какой шустрый дяденька.

За шлюшку меня принимает.

За что продают, за то и покупают. Оборачиваюсь на Вадика, начиная его ненавидеть.

— Нет, вынуждена отказаться от вашего предложения. А вот Вадим с удовольствием примет ваше приглашение.

— А нахрен мне Вадик без тебя? — уже внаглую заявляет он. — Тут все взаимно связано. Если ты не поедешь, я расстроюсь, а если я расстроюсь, то потеряю интерес к проекту Вадима. А если я потеряю интерес, то не дам ему денег на развитие.

А вот и шантаж. Как весело-то. И я начинаю заливисто смеяться этому мудаку в лицо. Интересно, что скажет мой папочка, когда узнает, что его протеже, его любимчик и его будущий зять отдает меня всяким извращенцам?

— Да пошел ты на хрен. Урод! — выплевываю ему в лицо. Пытаюсь оттолкнуть, но мудак стискивает мою талию до боли. — Отпусти! — шиплю, как кошка, готовая выцарапать глаза.

— Да не дергайся ты. Назови свою цену.

Ухмыляюсь. Боже, откуда столько моральных уродов на этой земле? Сгибаю колено и неожиданно для мужчины со всей силы бью ему в пах. Он резко отпускает меня и со стоном сгибается пополам. Кажется, у него перехватывает дыхание, поскольку он даже не может сказать и слова, только что-то хрипит матом.

— Саша! — ко мне подлетает Вадик. — Ты что?! — смотрит на меня с ужасом.

— И ты пошел на хрен!

Отталкиваю от себя Вадима, хватаю сумку с дивана и бегу вниз. Расталкиваю толпу. Выхожу в коридор, но не успеваю дойти до выхода, как меня догоняет Вадик.

— Александра! — дёргает за руку, вынуждая остановиться.

— Я указала направление! Туда тебе и дорога! — кричу ему в лицо, одёргивая руку.

— Ты меня посылаешь? А позволь спросить за что? — зло скалится, не выпуская моей руки, сдавливая ее до боли. — Ты сама пошла с ним танцевать и сама повела себя неадекватно.

Закрываю глаза. Глубоко вдыхаю, пытаясь взять себя в руки.

— Ну пусть будет так, — уже более спокойно, но холодно отзываюсь я. — Иди, облизывай своего партнёра. А меня отпусти, — со всей силы дёргаю рукой, и Вадим отпускает. Разворачиваюсь и вновь бегу на выход. Я хочу, наконец, покинуть это душное место.

— Сашенька, подожди! Я довезу. Я сейчас! — кричит мне вслед Вадик уже виноватым тоном. А мне одновременно смешно и тошно. Как же, если я приеду домой одна, да еще и не в духе, папочка будет недоволен. Даже не думаю останавливаться, меня взрывает от злости и гадских немужских поступков Вадика. До меня только сейчас доходит, что вся его забота и любовь ко мне – это заискивание, подхалимство и лизоблюдство.