Книга Фиктивная жена, страница 21 – Наталья Шагаева

— Я смотрю, у тебя нет слов? — с гордостью произносит стилист. Киваю, медленно поворачиваясь и рассматривая себя со всех сторон. — Сама нежность и юность. Ты олицетворение красоты и чистоты. Все как спросил господин Вертинский. Надеюсь, ему тоже понравится.

— Он так просил? — удивленно спрашиваю я.

— Да. Ох, мы забыли подвязку, — парень начинает суетиться, вынимая из бумажного пакета кружевную подвязку.

— Зачем? Это тоже просил господин Вертинский?

— Нет, но он скажет мне спасибо. У каждой невесты должна быть подвязка, — хитро произносит парень, ведя бровями.

— Да не нужна мне никакая подвязка! — категорично произношу.

— А она и не для тебя, — продолжает настаивать парень. Хмурюсь. Наверное, слишком подозрительно, что влюбленная невеста отказывается от подвязки.

— Хорошо, давайте! Но я сама ее надену! — выхватываю подвязку, сажусь на стул, задираю юбку и быстро натягиваю кружевное безобразие.

Одергиваю юбку и иду к окну вдохнуть свежего воздуха. Бодрости и настроения нет. Хочется прилечь, закрыть глаза, на несколько минут расслабиться и выдохнуть. Но при всем параде боюсь даже присесть.

Выпиваю еще несколько глотков воды, подавляя легкую тошноту. Нужно было поесть с утра. В команду опять врывается Платон, уже одетый в белую рубашку и стильный неклассический костюм. Он приносит букет. Красивый, аккуратный, небольшой букет-невесты из белых и розовых пионов, перевязанных белой лентой.

— Ну все, время, — произносит мой стилист. — Еще раз поздравляю.

Парень быстро собирает свой чемоданчик, а Платон застывает в дверях, осматривая меня. На его лице нет эмоций. Никаких. Он словно надел маску, пряча за ней что-то нехорошее.

Хочется выставить руки вперед, защищаясь от его взгляда, и сказать, чтобы он не начинал давить на меня и нагнетать. Мне и так волнительно и не по себе.

Это всего лишь свадьба, а не пытка, но у меня никак не получается расслабиться и начать воспринимать все проще. А всему причина – мое внутреннее состояние. Снаружи я держу лицо, стараясь выглядеть если не счастливой, то хотя бы уверенной.

Стилист покидает комнату, Платон закрывает за ним дверь и отдает мне букет. Молчим. Такая давящая тишина.

— А может… — наконец начинает Платон и нервно проводит по волосам. — К черту этот фарс, свадьбу, наследство? — вполне серьезно произносит он. — Мирон выкрутится. По-любому! — его эмоции вырываются наружу. Он делает пару шагов ко мне, сглатывает и замирает, словно боится подойти ближе. Внимательно осматривает мой свадебный наряд. — Может, уедем подальше отсюда? К черту их всех! Я найду деньги!

— Где? — вполне спокойно спрашиваю.

— Да какая разница где? Найду и все! — качает головой, начиная нервничать. — Мне кажется, мы допускаем ошибку. Я допускаю, отдавая тебя ему! Не нужно мне было это все… — его голос срывается. И я тоже начинаю злиться.

— Послушай меня! — немного резко выдаю я, и Платон заглядывает мне в глаза. Отходит от меня, ложится спиной на стену, словно не может стоять. — Во-первых, я не хочу уезжать. Это глупо. Здесь у меня учеба, бабушка и хоть какая-то перспектива. Во-вторых, у меня очень мало времени, и деньги мне нужны как можно скорее. В-третьих, даже если предположить, что мы найдем деньги, кто нам быстро оформит документы на Алису? Это незаконно, и таких связей нет ни у тебя, ни у меня. Да и денег на тоже нет. И так нечестно по отношению к Мирону и твоей семье, мы договорились, а теперь сбежим. Ты сможешь так поступить? — Платон молчит, мотает головой и закрывает глаза. Беру бутылочку, допиваю воду. Заглядываю в зеркало, поправляю фату, пытаюсь улыбнуться и как можно естественнее отрепетировать счастье. — Ну и потом, принимая от тебя деньги, я останусь тебе должна, а я не готова собирать долги, мне нечем их отдавать, — говоря про «долги» я имею в виду даже не деньги. Не хочется быть ему обязанной. Ведь Платон вкладывает в свои поступки что-то интимное, а я не уверена, что готова отдать ему себя из благодарности.