Книга Квест. Сердце хищника, страница 125 – Наталья Шагаева

Сдержанно киваю, подавляя желание раскрошить его ладонь.

Мастер поднимается с места, снова обращая взгляд на мониторы, которые транслируют игроков. Проходит минута, и дверь с тем же щелчком и писком отпирается.

— Займи своё место на арене.

Поднимаюсь из кресла, иду на выход. Но останавливаюсь у двери и оборачиваюсь.

— Забыл уточнить. Детонатор есть не только у меня. Ну, это так… на случай, если ты передумаешь или я не дойду до ринга.

— Я даже не сомневался, — не оборачиваясь, кивает он мне. — Но это оскорбительно, что ты мне не доверяешь.

— Смешно, — ухмыляюсь.

— И у меня к тебе тоже будет просьба, — неожиданно произносит он, продолжая смотреть в мониторы. — Оставь мне детонатор, если покинешь Эдем.

Киваю, покидая аппаратную.

Не чувствую себя победителем. Я сейчас играю по-крупному и рискую, к сожалению, не только собственной жизнью. Но другого выхода из Эдема нет.

Алиса

Первое, что я чувствую, — это запах. Чистый, стерильный, как в аптеках или больницах. Открываю глаза и быстро моргаю. Пелена не спадает. Всё размыто. Потолок из белых квадратиков, лампа с холодным светом, и этот потолок не похож на тот, что я видела последний месяц.

Ощущение тепла… Я под белоснежным одеялом. Пытаюсь прочувствовать тело — боли нет. Только слабость и вялость.

Зрение постепенно фокусируется. Медленно осматриваюсь. Я никогда не была в этой комнате. Напротив окно с белыми шторами, справа небольшой столик и пара мягких стульев. На стене картина с подсолнухами. Поворачиваю голову и натыкаюсь взглядом на кнопку с красным колокольчиком, над которой висит табличка «Вызов».

Если я в больнице, то эта комната не похожа на стандартную палату. Хочется нажать на кнопку и узнать, где я. Но не решаюсь.

Боюсь реальности больше, чем бессознательности.

Ведь моя реальность — ад. Тот самый круглый мраморный зал, Мастер, бесконечные игры на выживание, ужас и страх. Там сплошная смерть и реки крови. И там больше нет Тени.

Его убили…

Боже, Давида больше нет.

И мне почему-то хочется, чтобы и меня не было тоже. Я — никто без него в этом аду.

Зажмуриваю глаза и тут же открываю, потому что вижу кровь Давида и его ужасную рану на животе. Эти чёрные, почти бессознательные глаза, которые смотрят сквозь меня.

Господи, пусть сейчас будет загробный мир…

Слышу, как позади меня открывается дверь. Поворачиваю голову и вижу, как в комнату входит женщина в белом халате. Она улыбается и смотрит на меня так ласково, как мама.

Мамочка…

Боже, как я хочу к маме!

Рыдать у неё на груди и не отпускать.

— Проснулись, — продолжает улыбаться женщина, мягко берёт меня за руку и нащупывает пульс. — Как себя чувствуете, Ангелина Сергеевна? — заботливым голосом интересуется она.

Я не знаю, как себя чувствует некая Ангелина. Женщина явно с кем-то меня путает.

— Не волнуйтесь. Вы потеряли много крови, вам сделали переливание, и скоро организм полностью восстановится. Сейчас принесут ужин, обязательно хорошо покушайте, — продолжает щебетать женщина.

А я бегаю глазами и не понимаю, что происходит. Слова становятся комом в горле. Открываю рот и тут же закрываю его от сухости.

— Да вы не волнуйтесь. Операция прошла хорошо, — успокаивает она меня.

— Мне сделали операцию? — хриплю я в шоке. Совершенно не чувствую никакой боли.