Книга Пошел вон, Чернов!, страница 35 – Наталья Шагаева

Сколько комплиментов ему в постели говорила.

В колонке очень кстати начинает играть что-то эротичное и драйвовое. Как раз под наш голодный секс.

— Шампанского хочу, — капризно надувает губы, продолжая выразительно рассматривать мое тело.

Ухмыляюсь. Беру со стола бутылку «Асти», делаю глоток из бутылки, задерживая его во рту, нависаю над ней. И Кошка всё понимает. Мы не раз с ней это проделывали. Спаиваю ей игристое, губы в губы. Тоненькая струйка проливается на ее подбородок. Слизываю ее. Но мне, сука, мало.

— Ну-ка, иди сюда, — убираю со стола свой коньяк, бокалы, конфеты и мандарины отодвигаю. Подаю ей руку, дергаю на себя, вынуждая подняться. И тут же усаживаю голой попой на стол. Сам сажусь напротив на диван, наслаждаясь, как Кошка эротично прогибается.

Хочется, конечно, плюнуть на все эти игры и взять ее по-настоящему. Быстро, жестко, глубоко, чтобы впечатать ее в себя. Но и одновременно мне дико хочется поиграть с Кошечкой. Я так по этому соскучился. По ее вот этому порочному взгляду, эротичному телу, по пухлым губам.

Обхватываю края стола и дергаю его вместе с Ярославой на себя.

— Чернов, ты сумасшедший. Как всегда, — возбужденно смеется, запрокидывая голову, и ставит ноги на мои колени.

Ммм, какая девочка у меня. Съем.

— Еще игристого? — возбужденно спрашиваю я.

— Да-а-а-а, — кивает.

Мы пьяные, да. Но сейчас – больше от возбуждения.

Моя горячая девочка.

Подношу горлышко бутылки к ее губам. Немного наклоняю, и шампанское льется на ее губы, шею, шипя пеной. Слава ухмыляется, а я оскаливаюсь, принимаясь слизывать игристое с ее тела.

— Какое вкусное, — хриплю я.

Проливаю еще напитка на ее шикарную грудь, которая сейчас вздымается от прерывистого дыхания. Кошка прогибается и закатывает глаза от того, как пузырьки лопаются на ее сосках. С хриплым стоном впиваюсь в них. И пока слизываю шампанское с ее груди, покусывая соски, пальчики на ее ногах вдавливаются в мой член. Сам шиплю от перевозбуждения.

— Ай! — пьяно вскрикивает Слава, оттого что больно кусаю твердую бусинку соска.

Хватаю ее колени, резко развожу. А там центр нашего удовольствия. Такая гладенькая, бархатная и уже мокрая кисочка. Сглатываю. Крышу рвет окончательно. Слава пытается свести ноги, но я с силой их удерживаю.

— Не смей! — угрожающе рычу. Лью струйку шампанского между ее ног, и Кошка со стоном запрокидывает голову. Сжимаю ее бедра, впиваясь в них пальцами, наклоняюсь и впиваюсь губами в нижние губы. Целуюсь с ними взасос, чувствуя, как Слава хватается за мои волосы, сжимая их, и втягивает воздух. Хочется быстро довести ее до экстаза и ворваться в эту плоть не языком, а членом. Девочка у меня очень чувствительная. Я знаю, как она любит, я могу сделать так, чтобы кончила прямо сейчас. Но торможу, мучая нас, растягивая удовольствие.

У меня так давно ее не было…

Мне хочется всего и сразу. И растянуть момент.

Подключаю пальцы, скользя в нее глубже, нажимая на нужную точку, глажу и одновременно всасываю пульсирующий на языке клитор. Внутри Кошки становится невыносимо мокро. Ее ноги дрожат, ее пальчики в моих волосах сжимаются сильнее, ее стоны становятся громче. Отпускаю клитор, тормозя ее экстаз. Нет. Рано еще улетать. Лениво вылизываю.

— Руслан… — задыхается она.

— Я здесь, — усмехаюсь и дую на ее промежность.