Книга Клетка, страница 19 – Наталья Шагаева

Тело горит. Действую неосознанно, на инстинктах. Защитить женщину.

— Тормози, Ден! — за мной срывается Довлатов.

Не реагирую. Я сейчас невменяемый. Дергаюсь назад, когда Довлатов меня догоняет и с силой разворачивает к себе. Я теряю Нелли и Литвина из виду. И мне это не нравится. Дергаюсь, пытаясь вырваться.

— Ден, мать твою! — рявкает на меня Довлатов. — Приди в себя!

Скручивает меня силой и затаскивает в комнату охраны. Я могу вырваться и положить его. Хотя бы попытаться, но я подчиняюсь. Хотя всё клокочет внутри.

— В мой кабинет! — холодно велит Седой, пока поднимаемся. Беру себя в руки. Точнее, надеваю маску отстраненности. — Это что сейчас было? — с подозрением спрашивает Довлатов, разворачиваясь ко мне, когда мы входим в кабинет. Стискиваю челюсть. — Ты что творишь? Запал уже на нее? — всматривается мне в глаза.

Да, он выкупил меня с потрохами.

Я запал.

— Нет. Просто инстинкты сработали. Не могу смотреть, когда обижают женщину. Отец безбожно бил мать. С тех пор триггерит в такие моменты.

— Точно? — не верит мне Седой.

Правильно делает, что не верит, дело не в моих детских травмах.

— Точно. Всё, я в норме, — расправляю плечи.

— Ладно, поверю в первый раз на слово, — выдыхает Довлатов.

Подходит к импровизированному бару, наливает в два стакана виски. Протягивает мне бокал.

Выпиваю залпом.

— Не вмешивайся больше. Даже чтобы мысли не возникало. Это семейные дела. И Нелли действительно немного не в себе. На нее иногда находят такие вот неадекваты.

— А почему? То есть она всегда была такой?

— Нет, не всегда. Но это не наши дела. Включи голову. Если бы Литвин сейчас заметил твою реакцию... — качает головой, не договаривает.

Да всё я понимаю. И свой неадекват тоже.

— Такого больше не повторится.

— Я очень надеюсь, Ден. Не подставляй больше ни себя, ни меня.

Киваю.

— Всё, иди отдыхай.

Разворачиваюсь, выхожу.

На дворе тишина. Никого нет. Прикуриваю сигарету, поднимаю голову на горящие окна особняка. В голове только одна мысль – пойти проверить, всё ли в порядке с Нелли. Мысль, которую я не могу себе позволить.

Медленно прогуливаюсь вдоль тропинки в сторону рощи. Туфли Нелли так и валяются на дорожке. Поднимаю их.

Что я творю?

Нелли

— Привет, — заглядывает ко мне Лиза. — Ты идешь завтракать? — садится за мой туалетный столик, рассматривая украшения, надевает себе на палец массивное кольцо с черным камнем. — Папочка не в духе, с утра орет на горничную. Я не хочу завтракать с ним одна, — кривит губами Лиза.

Сегодня на ней черная туника с принтом волка и кожаные штаны. Агрессивные черные стрелки на глазах, милые розовые губы и две французские косы по плечам. Такой вот образ, где сочетаются нежность и агрессия. Лизе идет. В ее возрасте тем более. Мне нравится ее самовыражение, в отличие от Олега.

— Да, сейчас пойдем, — отвечаю я, надевая белый длинный кардиган поверх черного шелкового комбинезона.

Мне сегодня холодно. Несмотря на то, что погода за окном отвратительно хорошая. Краситься не хочется, но я наношу на губы помаду, натягивая улыбку. Моя вчерашняя очередная истерика высосала из меня все силы. Это я намеренно, да. Олег прав. Осознаю всё, что творю. Хоть он и считает меня сумасшедшей. Уже и сама не понимаю, здорова ли я. Когда вам изо дня в день твердят, что вы не в себе, невольно начинаешь верить. Пусть так. Я делаю всё, чтобы испортить жизнь своему супругу. Однажды ему надоест, и он либо меня отпустит, либо придушит. И то, и другое – свобода.