Книга Должница, страница 70 – Наталья Шагаева

Мой язык развязывается. Но плевать. Это своеобразные пощёчины. И я бью его, как могу в данной ситуации. И наслаждаюсь тем, как Паук морщится. Не нравится. Кидает взгляд на женщин, сжимает челюсть и посылает мне взгляд, обещая казнь. Не страшно, господин Белов. Веселье только начинается. Не одной мне должно быть мерзко в этой ситуации.

Елена

Паук надевает маску безразличия. Поздно. Я успела заметить вспышку гнева в его глазах. Еще раз оборачивается к своим любовницам, внимательно рассматривает, салютует им бокалом, слегка улыбаясь. И курицы улыбаются ему в ответ, поднимая свои бокалы. А это ответные пощёчины мне от Белова. Его не смущает, что мы все в одном помещении, как и не смущает то, что я осведомлена о них. Он, наоборот, демонстрирует мне свою расположенность к ним.

Задыхаюсь от возмущения, но маску не снимаю. Тоже салютую бокалом женщинам. Блондинка усмехается на мой жест и подмигивает мне. Также натягиваю улыбку, отпивая шампанского.

— Как всегда, поражаешь, Лиса, – произносит Родион. Холоден и циничен. – Кто-то рылся в моей личной жизни? – выгибает бровь. И вот тут мне реально хочется заехать ему по лицу. Он даже не отрицает и не пытается оправдаться. Действительно, кто я такая. В глубине души мне всё-таки хотелось верить, что эти женщины – его прошлое, и после меня он к ним не прикасался. Но Паук – мастер разбивать иллюзии и надежды вдребезги. За это тоже спасибо. Мне стоит поучиться у него цинизму.

— Скорее, в грязном белье, – отмахиваюсь я.

— Копание в грязном белье – занятия не для чистых рук, – парирует он мне, ухмыляясь.

Это он только что намекнул мне, что я тоже нечиста? Точка моего кипения растет. Но он прав. Не мне осуждать его за грехи, когда сама нагрешила не меньше. Белов хватает меня за талию и дергает на себя. Настолько тесно, что у меня спирает дыхание.

— А о моих возможностях и силах в постели предпочитаю не говорить, а показывать наглядно, – тихо рычит мне в лицо. И это не интимное предложение, это угроза.

— Отпусти меня немедленно, или я начну вопить на весь зал, – шиплю ему в лицо. – Ты знаешь, я сумасшедшая. Я могу.

Радует, что Паук не сомневается в моих талантах и отпускает.

Пора уходить.

Мне надоело это место. Тошнит от этого общества. Знаю, что Белов меня найдет. Знаю, что никуда от него не денусь. Но сегодня мне нужно немного больше свежего воздуха. В его доме наш бой будет неравным. Не хочу сегодня оставаться с хищником в его клетке. Мне нужно это как-то пережить.

— Пойду пообщаюсь с Юлией, – кидаю ему и смываюсь. Дышу глубже, проходя мимо любовниц Паука. Юля что-то вещает какой-то пожилой женщине. Встаю рядом с ними, подхватывая еще один бокал шампанского. Улыбаюсь, киваю, переключая внимание на себя.

— Ты красотка. Классное платье.

— У тебя тоже, – кидаю ей ответный комплимент, хотя ее серебристое платье кажется мне скучным.

— О, видела этот комплект в интернете! – Юлия хватает меня за руку, рассматривая браслет горящими глазами. Как сорока, кидается на все блестящее. – Подарок Родиона?

Киваю.

— Ну вот, а ты говорила, что он скуп. Знаешь, сколько это стоит? Это же «Bulgarie», – чуть ли не давится от зависти. Хочется снять эти дорогие безделушки и подарить ей. Я не покупаюсь на деньги и все блестящее, я покупаюсь на чувства и эмоции, на то, что Белов не способен мне дать. – Для таких прелестей точно нужен хороший сейф, – смеется Юлия.