Книга Слепая ревность, страница 90 – Наталья Шагаева

Встаю с дивана, направляюсь в ванную. Я тоже люблю Германа, но легче от этого мне не становится. Запираюсь, распаковываю тесты и читаю инструкцию. Все просто.

Делаю сразу три теста, раскладывая их на раковину. Присаживаюсь на бортик ванной и жду.

— Ой, мамочки! – закрываю глаза и начинаю медленно считать про себя, чтобы успокоиться. Господи, пожалуйста, не сейчас. Слишком рано. Мы же предохранялись… Нет, не всегда. Было два момента как раз месяц назад… Дура!

Открываю глаза, когда проходит достаточно времени. Уже должен быть результат. Смотреть страшно. Беру палочки, рассматриваю.

На всех четкие две полоски. Очень четкие! Сердце пропускает удар. Слезы катятся сами собой. Реву и не могу остановиться.

Я беременна.

У нас будет ребенок.

Он уже есть.

Умываюсь холодной водой, пытаясь успокоиться, но ничего не получается, задыхаюсь от рыданий.

— Варечка! – Зоя Алексеевна дергает дверь. – Открой! Варя! – громко стучит. Открываю, начиная вытираться, пряча лицо в полотенце. – Беременна, – удовлетворённо констатирует женщина, и я снова начинаю всхлипывать. – Ну ты что, моя хорошая? Это же чудо. Такая радость. Это ребёнок. Маленькая крошка. Часть тебя и моего сына, – отнимает у меня полотенце, тянет к себе, обнимая, успокаивая, поглаживая по спине. – Знаешь, как ты будешь его любить? С первого толчка в животе, с первого взгляда на УЗИ, с первого его вдоха после рождения. Тебе будет казаться, что нельзя любить больше, но ты будешь любить своего ребенка с каждым днем все сильнее и сильнее. Ты не будешь представлять жизни без своего малыша.

Ее слова немного меня успокаивают. По крайней мере, я прекращаю рыдать. Женщина выводит меня из ванной, усаживает на диван и уходит на кухню. А я обнимаю себя руками и смотрю в окно в одну точку, на белоснежное пушистое облако. Я не знаю, что делать. В голове пустота. Это похоже на шок. Страшно. Не знаю почему. Очень страшно не стать хорошей матерью, не дать ребёнку все, в чем он нуждается, не полюбить его безответно. Страшна реакция Германа.

— Выпей, пожалуйста, – женщина протягивает мне чай, пахнущий мятой и мёдом. Послушно пью, грея холодные руки на чашке. – Варя, ты не рада? Совсем?

— Я не знаю, – честно отвечаю я, пожимая плечами. – Все так неожиданно.

— Ну да, неожиданно, – усмехается женщина. – Я жду этого момента уже очень долго.

— Все же будет хорошо? – спрашиваю ее.

— Конечно, все будет хорошо. По-другому и быть не может. Вот представь, скоро у тебя начнёт расти животик, и это будет очень красиво. Герман будет любить тебя, оберегать, потакать капризам и заботиться. Разрешаю погонять его и покапризничать. А когда это делать, если не в беременность? – смеётся Зоя Алексеевна. – А потом ребеночек начнет пинаться. Первый толчок – он самый незабываемый, ты начинаешь чувствовать своего ребенка, общаться с ним. Уверена, Герман будет с ним разговаривать и целовать твой животик.

Я не знаю, что со мной делает Зоя Алексеевна, но я действительно все это себе представляю. Даже неосознанно прикладываю руку к животу.

— А потом он родится. Крошечный носик, пальчики, пяточки, такой сладкий, маленький и самый любимый. Ты станешь прекрасной мамой, а Герман – сумасшедшим отцом.

Я снова плачу. Но уже беззвучно и от счастья.

У нас будет ребенок.