Книга Опасный пациент, страница 86 – Наталья Шагаева

— М-м-м, как интересно, — поглаживает большим пальцем мои губы, заставляя их раскрыться.

И снова я чувствую его дыхание, запах, такие откровенные прикосновения. Смотрю в его горящие глаза и ощущаю, как учащается пульс и по телу разливается тепло. Меня подкупает, что этому мужчине так важна моя реакция.

— Я правильно понимаю, что у нас был дебют по части экстаза? — приподнимает бровь.

Такой самодовольный хищник. Мне хочется усмехнуться, но я сжимаю губы.

— Раиса ждёт нас к завтраку, — напоминаю ему и поднимаюсь с его колен. Не всё сразу, мне пока достаточно открытий, я в них ещё не разобралась. И меня радует, что Греховцев отпускает меня, не принуждая. — Почему ты не завтракал? Уже поздно, — торопливо поправляю кардиган.

— Потому что я ждал тебя, — спокойно отвечает он, проходя со мной в столовую.

А у меня внутри появляется какое-то волнение. Похоже на панику, но только не от страха. Дышу глубже, пытаясь прийти в себя.

Садимся за стол, Раиса подаёт завтрак.

— Через час подъедет адвокат, который будет представлять твои интересы, — сообщает мне Влад, отпивая кофе.

— Какие именно?

— Не с того начал. Ты хочешь развестись?

— Конечно.

— Тогда вы сегодня пишете заявление на развод, и адвокат сам его подаст без твоего присутствия. И я настаиваю, чтобы сразу после этого ты написала заявление в полицию на Авдеева, — давит голосом.

— Заявление по какой причине? — распахиваю глаза.

— Ты полагаешь, нет причин? Шантаж, рукоприкладство - этого мало?

— Нет, — отрицательно кручу головой, прикрывая глаза.

Вот теперь моя паника настоящая.

— Если всплывёт шантаж, Авдеев поднимет уголовное дело, которое обернётся против меня. Не надо никакого заявления, прошу тебя. Просто развода достаточно, — шепчу, начиная задыхаться. — Если поднимут моё дело, Антон может сделать так, что меня посадят, а там он снова меня отмажет и заберёт себе. А я только учусь дышать без него, без страха.

— Тихо, спокойно. Мы неофициально поднимем то дело и докажем, что ты не виновата. Это подстава, Эва, которая тоже уголовно карается.

— Я не знаю… Я… — начинаю задыхаться, пытаясь запить свою панику чаем. Зачем он так глубоко копает? Я не просила, я не хочу.

— Да, блядь! — психует Греховцев, повышая голос. — Хорошо. Только развод. Я сам его казню без суда и следствия, — нервно выдаёт он.

А я рефлекторно сжимаюсь.

— Эва, посмотри на меня! — требует он.

Распахиваю глаза.

— Моя агрессия сейчас адресована этому ублюдку. Всё. Тебя это не касается. Прекрати сжиматься.

— Я не специально, — выдыхаю я, пытаясь остановить внутреннюю истерику.

— Твоя паника адресована мне?

— Нет, — качаю головой.

— Это рефлекторно на эмоции, с которыми ты пока психологически не справляешься? — его голос с каждым словом выравнивается.

Киваю. Всё так. Мне сложно разделять двух совершенно разных мужчин.

— Так вот и я агрессирую рефлекторно, на эмоциях. Но моя злость не касается тебя. Точнее, не так… я могу даже злиться в какой-то момент именно на тебя. Но последствий за этим не будет!

— Знаю, я пытаюсь, правда. Я сама себе такая забитая, отвратительная. Прости.

Греховцев встаёт из-за стола, подходит ко мне, наклоняется сзади, выдыхая в моё ухо:

— Моя агрессия легко гасится, Эва. Просто прояви инициативу и поцелуй меня.

Оборачиваюсь к нему. Наши лица близко, я чувствую его горячее дыхание с ароматом кофе.