Книга Опасный пациент, страница 92 – Наталья Шагаева

— Тебе было не обязательно делать взнос, — раздаётся позади нас голос его матери. Оборачиваемся к хозяйке вечера. — Ваша с Демьяном компания и так вкладывается в фонд.

— Не учите меня благотворительности, мама, — усмехается Владислав.

— А вот обязательно было сначала подойти ко мне и поздороваться. Где твои манеры, сын? — в лёгком возмущении произносит она. — Что о тебе подумает твоя спутница?

— Мы хотели тебя поприветствовать в первую очередь, мама, но я счёл неприличным отвлекать тебя от беседы с Ольгой, — отвечает он матери, и, может, мне кажется, но в его голосе проскальзывает ирония.

— Вы бы не отвлекли нас, — женщина обращает внимание на меня. — Добрый вечер, Эва, — запомнила моё имя. — Очень приятно, что вы посетили мой приём.

— Добрый вечер, Елизавета Александровна, — киваю я.

В таком доме с такой хозяйкой хочется сделать реверанс. Очень атмосферно, я бы сказала.

— Вы прекрасно выглядите, Эва, — делает мне комплимент, улыбаясь.

— Спасибо, вы тоже.

— Да бросьте, я знаю, что стара и уже не блистаю, — вроде бы шутит, но её взгляд серьёзно скользит по мне. И теперь я понимаю, что глаза Влада - от мамы. И если мужчине идёт холодность и цинизм, то женщине это придаёт породу.

— Прекрати, мама, ты в расцвете сил, — вмешивается Влад.

— Не надо, я реалистка. Но мне хочется, чтобы теперь блистали женщины моих сыновей.

Сначала напрягаюсь, потому что кажется, что это такой намёк, что я не пара её сыну. И это верно. Мы явно не пара и никогда ею не станем.

— Вы, Эва, прекрасно справляетесь с этой ролью. Хотелось бы, чтобы вы украшали моего сына как можно чаще.

Радует, что она считает меня достойной своего сына. Но украшать этого мужчину будет другая женщина. Определённо другая и более достойная его и его семьи. А я просто хочу покоя и полной свободы.

— Мне тоже бы этого хотелось, — Греховцев снова притягивает меня к себе за талию, предъявляя свои права.

— Простите, Эва, мне очень хочется уделить вам больше внимания и пообщаться. Но сегодня я распорядитель вечера.

— Ничего страшного, я понимаю, — улыбаюсь, стараясь быть милой.

Представляю на месте Елизаветы Александровны мою свекровь, и картинка не складывается. Эта ведьма никогда не была такой доброжелательной и милой. Она всегда была надменной, пренебрежительной сукой, даже при первом знакомстве. У них с сыном одинаковая отвратительная черта, считать окружающих челядью. Гонору у них на миллион, а по факту ничего не стоят. Нищие духом никогда не смогут стать элитой.

— Поэтому приглашаю вас, Эва, на ужин в субботу. Можно без моего сына, — усмехается она.

— Эм… — теряюсь, не зная, что ответить. Как там по этикету отказывают королевам?

— Хорошего вечера, — Елизавета Александровна сама избавляет меня от ответа, уходя к гостям.

— Я потом сообщу маме, что ты не сможешь с ней отужинать, — произносит Владислав.

— Спасибо, — выдыхаю я.

— Всё для твоего комфорта, Эва. Но если хочешь поужинать с моей матерью, она будет счастлива.

— Мы обменялись всего парой фраз, с чего ей быть счастливой?

— М-м-м, Эва, Эва… — качает головой. — Если я сейчас объясню тебе почему, ты сбежишь от меня, — усмехается.

И это пугает. Распахиваю глаза.

— О нет, ничего из того, что ты подумала. У матери идея фикс женить меня и брата и дождаться наконец внуков. И если я лично представил ей женщину, чего не случалось никогда, то…