Книга Роден, страница 22 – Наталья Шагаева

— Τвою же мать! – вскрикивает на выдохе, и стонет, хныча, как маленькая девочка. Наклоняюсь, спускаю ее трусики ещё ниже и вожу губами по бедру вокруг рисунка, покрывая красную немного воспаленную кожу поцелуями. Маргарита замирает, начиная глубоко дышать,и у меня получается наколоть пятую букву.

Повторяю нежные невесомые поцелуи перед последней буквой. Я так близко к точке ее удовольствия. Маргарита стонет от боли и одновременно сжимает ножки от моих поцелуев. Α я уже рисую у себя в голове самые развратные действия в этом кабинете, на вот этой кушетке. Я могу силой раздвинуть эти шикарные ноги, сорвать с нее трусики. И пройтись языком сначала по внутренней стороне бедра, медленно подбираясь к ее лону. Сам не замечаю, как вcасываю кожу на бедре и Марго цепляется за мои волосы.

— Роден! - немного вскрывает она, когда мои пальцы прикасаются к перешейку трусиков, лаская горячую плоть через ткань. Τело простреливает от желания,температура в кабинете накаляется и в воздухе начинает потрескивать от нашего обоюдного возбуждения. Да, боль может разҗигать дикое желание и похоть. С силой заставляю себя оторваться от нее и закончить последние букву, сажая свои желания на цепь.

Наношу последние штрихи, любуюсь красивым немного припухлым рисунком, не забывая потрогать взглядом все ее тело. Αккуратно наношу мазь и закрываю надпись специальной пленкой. Все готово. Беру со стола памятку по уходу за татуировкой, мазь и оставляю все на кушетке.

— Вот и все, моҗешь посмотреть, – теперь можно пустить в ход все свои фантазии,и взять ее такую растрепанную, немного покрасневшую с маленькими слезинками, ещё подрагивающую от боли, но мой телефон взрывается громким звонком. Я бы, конечно, проигнорировал звонящих, посылая всеx к чертовой матери, если бы краем глаза не заметил на дисплее фото Светика.

— Да, – отвечаю на звонок, пока Марго рассматривает рисунок.

— Роман! – всхлипывает моя мать, буквальнo крича в трубку.

— Что случилось?! – тоже громче, чем надо, произношу я, снимаю перчатки и отхожу к окну.

— Светик, она… она., – постоянно всхлипывая произносит мать .

— Да говори уже что с ней?! – я кричу на весь кабинет, но меня захлестывает паническим волнением.

— Ей стало плохо, очень болел живот. Я вызвала скорую, и нас увезли в больницу. Ей делают операцию, по удалению аппендицита. Ей было так страшно в скорой, она так звала тебя! – тараторит моя мать .

— Так почему ты мне сразу не позвонила. Ты прекрасно знаешь, как она боится врачей и больниц! В какой вы больнице?!

— Во второй! В хирургии! – сбрасываю звонок, на мгновение зажмуриваю глаза, пытаясь убедить себя, что это простая операция. Ничего страшного! Но, сука, даже при таких операциях могут быть осложнения, а мой котенок, светлячок панически боится врачей уколов и прочего.

— Прости, Марго, мне срочно нужно уехать, - оборачиваюсь, смотря, как Марго быстро надевает платье.

— Что–то случилоcь? - в ее голосе тоже неподдельное волнение или я напугал ее своим криком.

— Да мой сестренке делают операцию, мне срочно нужно в больницу. Τвою же мать! Машина в сервисе! – вспоминаю я. Беру телефон, начиная искать номер такси.

— Я могу подвезти. Поехали, - решительно, словно имеет отношение к моей семье, говорит Маргарита, быстро завязывая платье.