Книга Моя девочка, страница 80 – Наталья Шагаева

Я звоню Лине всю ночь. Каждый долбанный час! Но все безрезультатно. И каждый час я оставляю ей по одному сообщению, снова прошу ее позвонить. Брожу по коридорам, выпивая лошадиную дозу кофе. Не знаю почему, но внутри зарождается нехорошее предчувствие.  Успокаиваю себя мыслью, что Ангелина просто спит. У нее разрядился или сломался телефон. Да мало ли, что могло произойти с этим чертовым аппаратом. Я зря паникую. Все хорошо. Решаю для себя, что  первым делом  с утра, я поеду к ней.

Я задремал на больничном кресле. Меня разбудила санитарка, моющая полы в коридоре. Смотрю на часы,  которые показывают семь  утра. Я проспал каких-то полтора часа, а точнее просто вырубился. Соскакиваю с места и иду к палате Антона. Из палаты, навстречу мне выходит дежурный врач, оповещая меня о том, что ребенок еще спит, но с ним все хорошо. Прохожу к Антону,  сажусь на стул рядом с его кроватью. Он такой бледненький, несмотря на то, что мальчугану уже почти девять лет,  он кажется мне маленьким и беззащитным. Осматриваю его внимательно: несколько ссадин на лице,  рука в гипсе. Вот, пожалуй,  и все видимые травмы. Антошка сладко спит, по привычке хочет раскинуть руки в стороны, но чертов гипс ему этого не позволяет, он немного морщится, ворочается, но не просыпается.

Марина приезжает к восьми. Врывается в палату, немного медлит в дверях, тихо проходит. Опускает сумки и пакеты с вещами на пол, впивается в сына обеспокоенным взглядом,  изучая каждую его черточку.

— Как он, просыпался? - шепчет мне,  подходя ближе.

— Нет. Еще нет. Как мама?

— С ней все хорошо. Давление нормализовалось. Она рвалась сюда, но я ей не позволила. Пусть отдохнет.

— Правильно сделала.

— Ты можешь идти, - серьезным и официальным тоном заявляет она мне. - Спасибо, что побыл с ним ночью. Я тебе очень  благодарна, но дальше я сама, - чужим,  отчужденным голосом говорит она. Ну да, мы теперь чужие люди. Ночь привела ее мысли в порядок. Да, мы расстались как пара, но я хотел  бы остаться ей другом. Но в данный момент я понимаю, что это невозможно. Ей нужно время.

— Я уйду только после того, как он проснется. Я хочу с ним поговорить.

— О нас!? Мы же договорились, что пока не будем травмировать ребенка.

— Я просто хочу услышать его голос, поднять ему настроение и спросить чего он хочет. Вот и все. Ты думаешь, я не понимаю, что сейчас не лучшее время для таких новостей, - обрываю ее я. Марина хмурит брови, отворачивается от меня,  начиная разбирать пакеты.

Жизнь странная штука. Еще вчера мы были близкими людьми. Я не имею в виду секс и что-то в этом роде.  Вчера  мы могли разговаривать на отстраненные темы, понимая друг друга. А сегодня мы за один миг стали  просто чужими людьми. Да, в этом моя вина. Чего я хотел? Что мы останемся друзьями и будем вести себя, как ни в чем не бывало? Нет,  конечно же, нет. Просто это странно, больно и неприятно. Несмотря  на то, что ты не любишь человека, ты к нему привыкаешь. Ты хочешь искренне ему помочь, всегда знать как у него дела, нужна ли ему твоя помощь, потому что эта женщина стала тебе родной. А она уже ничего не хочет от тебя, а может и хочет, но в силу своей гордости никогда уже этого не примет. Но я не позволю ей этого сделать. Не хочет, чтобы я участвовал в ее жизни, что ж,  это ее право, но я не оставлю Антона. Я пока не знаю,  в качестве кого он будет меня воспринимать, но мне небезразлична его дальнейшая жизнь и судьба.