Книга Бойся тишины, страница 46 – Роберт Брындза

— Разумеется! Леон, мне так жаль!

Меня вдруг как громом поразило. Он сказал: «Саутуорк-Бридж-роуд»! Эта улица – рядом с собором! Знал ли он, что жена отправилась туда из-за меня? Он смотрел на меня остекленевшими глазами, затем оглянулся через плечо на пустой коридор.

— Мэгги, у меня осталось всего несколько минут до окончания времени посещения. Мне нужно вернуться к Диане. Ее поместили в отдельную палату в интенсивной терапии.

— Да, конечно… Мне очень жаль. Скажи ей, что я люблю ее.

Он не расслышал последней фразы, потому что уже отключился.

Казалось, жизнь рушится. Сначала Уилл… теперь Диана. Но она хотя бы жива. И все же меня снедало ужасающее чувство вины. Я сожалела, что упустила паром на материк. Вернись я в Лондон тем вечером, подруге не пришлось бы идти в Саутуоркский собор. Леон наверняка винит меня… или станет винить. Прямо сейчас все его мысли только о Диане.

Мне оставалось лишь молиться, чтобы она выжила и поправилась, ведь я была очень далеко и ничем не могла помочь. Что-то еще в этой аварии встревожило меня. Я знала этот перекресток, и я знала Диану. Она не была легкомысленной, а это было не то место, где можно рискнуть и перебежать дорогу – слишком интенсивное движение и слишком часто случаются аварии. Сколько раз мы с ней видели ужасно травмированных людей, которые пострадали именно на этом перекрестке? Я снова открыла письмо Уилла.

Сходи в нашу церковь, поставь за меня свечку. Там ты найдешь ключ к своему будущему.

Успела ли Диана побывать в соборе? Или она только направлялась туда? Она оказалась на этом перекрестке исключительно из-за меня! Потому что в письме Уилла говорилось о церкви, и, вероятнее всего, имелся в виду Кафедральный собор Саутуорка. Я не выдержала и разрыдалась при мысли о том, как серьезно пострадала подруга.

Внезапно слезы высохли. Что толку в рыданиях? Я так много плакала за последние несколько недель, и это ничего не изменило. Я встала и прошлась по дому, роясь в каждом ящике, открывая все шкафы, двигая мебель, силясь найти что-нибудь: подсказку, еще одно письмо, которое муж мог мне оставить. Я обшарила карманы каждого предмета его гардероба. В доме не было чердака, а в кладовой не оказалось ничего, кроме наших гидрокостюмов, снаряжения для ныряния и кое-каких консервов. Одна из баночек с запеченной фасолью Heinz немного отличалась от остальных, и, взяв ее в руки, я почувствовала, что она легче, чем те, что я привезла с собой.

Кроме того, я обнаружила старую пачку сигарет, спрятанную за жестяными банками. Заначка Уилла?! Он не курил уже много лет. Я вышла на террасу, прихватив сигареты и консервную банку. Ветер хлестнул меня по лицу, взъерошил волосы. Внизу, у подножия утеса, волны разбивались о камни, а на горизонте собирались черные грозовые тучи. До материка было около сорока миль. Меня передернуло от этой мысли.

Сигареты пахли вкусно. Я прикурила и закашлялась после первой же затяжки, но потом никотин согрел меня и взбодрил. Я не баловалась табаком со студенческой скамьи, да и в тот период это продолжалось недолго. Бросила сразу после памятного занятия по анатомированию легких пожилого мужчины – заядлого курильщика.

Я снова затянулась и выпустила дым в холодный воздух, наблюдая, как он клубится. Затем осмотрела жестянку с фасолью, и мне удалось открутить крышку. Внутри лежала пачка евро. Я уставилась на аккуратно свернутые и стянутые толстой резинкой банкноты.