Книга Бунт османской Золушки, страница 105 – Наталья Андреева

— Он теперь не станет воином. Он будет священником.

— Что-о?!

— Христианским священником, падре.

— Но он мусульманин!

— Его крестили. Мальтийцы передали мальчика венецианцам, а те, в насмешку над вами, повелитель, решили, что ваш любимец, выросший в гареме у султана, будет проповедовать христианство.

— Они открыто объявили мне войну?!

— Так это и следует понимать.

— И сердар Юсуф-паша до сих пор не осадил Кандию?!

— Донесения от него получает валиде. Вам следует спросить у матери, как обстоят дела на Крите. Я слышал, что Юсуф-паша осадил замок Канея. Он хорошо укреплен, имеет семь высоких бастионов. В каждом из них 21 орудие. Для венецианцев Канея крайне важна, они наверняка отправят туда подкрепление.

— Откуда ты об этом знаешь? – с удивлением спросил султан.

— Я был ночью в библиотеке, изучал карту Крита и чертежи крепости Канея, переданные нашим шпионом. Мы должны взять эту крепость вопреки желанию Султанзаде Мехмед-паша, который туда не собирается.

— Позвать!!! – затопал ногами султан. – Немедленно сюда его!!!

— Слушаюсь, повелитель, – тонко улыбнулся довольный собой Исмаил.

И торопливо вышел из султанских покоев. Надо ковать железо, пока падишах не в духе.

— Повелитель приказал срочно найти Султанзаде Мехмед-пашу, – бросил он стражнику. – Пусть его проведут в приемную. Даже если он этого не захочет – ведите его силой.

… О том, что ее фаворит немедля отправляется на Крит, валиде узнала утром следующего дня. Она встала, с аппетитом позавтракала, радуясь хорошей погоде и яркому солнцу, и решила пойти к сыну, чтобы поговорить с ним о браке Фатьмы-султан с Султанзаде Мехмед-пашой. Валиде строила планы и мечтала о свадьбе, которую надолго запомнит Стамбул, когда пришел ага с письмом от Мехмед-паши.

Прочитав его, валиде смертельно побледнела. «Кто же этот злой демон, который постоянно расстраивает мои планы?» – подумала она, в ярости скомкав свиток.

— Позовите Мехмед-пашу, немедленно! – приказала она.

— Это невозможно, валиде, – вкрадчиво сказал ага. – Боюсь, Султанзаде уже вышел в море. Падишах под страхом смертной казни велел ему вчера не тянуть больше с отъездом. И присоединиться к сердару Юсуф-паше немедленно.

— О Аллах! – валиде взялась за сердце. – Да что же это происходит?! Как это неразумно! Кто его надоумил? С кем вчера говорил мой сын?

— Падишах весь день был занят. Он думает только о строительстве Ифтарийе и бассейна в саду.

— Но что его заставило немедленно послать на Крит Мехмед-пашу? Не жена ведь ему подсказала. Была у него вчера Турхан?

— Нет, валиде. Повелитель давно уже не зовет к себе старшую хасеки.

— Неужто Салиха? Ее он тоже давно не зовет. Постой… Эта Айше… Шекер Пара, которая беременна. Она, говорят, поправилась и может выходить из своих покоев. Была она вчера у падишаха?

— Повелитель вчера не виделся ни с кем из своих жен, валиде.

— Но кто тогда?

— До падишаха дошли слухи, что сын кормилицы шехзаде Мехмеда, его любимец, захваченный мальтийцами, станет священником.

— Кто передал ему эти слухи? – резко спросила валиде.

— У султана есть шпионы, которые выходят на рынок и в город.

— Но кто именно? Имена мне назови!

— Этого никто не знает, валиде.

— Глупость! В гареме нет таких тайн, которые можно скрыть от матери султана! Узнай имена. Они все должны умереть. Я хочу, чтобы на их месте были мои люди, которые будут говорить моему сыну лишь то, что нужно мне!