Книга Бунт османской Золушки, страница 53 – Наталья Андреева

… Исмаил спешил. Он понимал, что времени на разговоры нет. Сейчас кизляр-ага узнает, что гонец вернулся, и пойдет его искать. Стражник обо всем догадался, но он получил щедрый бакшиш. И будет молчать.

Во дворце был тот час, когда все уже встали, позавтракали и занялись своими делами. Кухни находились во втором дворе, справа от Приветственных ворот. Исмаил старался никому не попадаться на глаза, когда шел туда. Ему еще надо было найти ту комнату, где отдыхал гонец. Он крался по коридору, ныряя в темную нишу или прячась за углом, как только слышал чьи-то шаги. Если гонца нет в комнате для прислуги, той, что рядом с черной кухней, это все, конец. Кизляр-ага узнает тайну бывшей Ашхен и то, что Исмаил – ее родной брат. Дальше начнутся интриги, из которых трудно будет выпутаться без потерь. Судьба сестры тоже после этого окажется на волоске.

Исмаилу уже приходилось убивать. Сначала была та наложница, первая его женщина, хотя не он кинул в Босфор мешок. Но он лично завязал на нем узел, когда пришли евнухи. Если бы Исмаил этого не сделал, его бы казнили. Так он понял, что человеческая жизнь в Топкапы ничего не стоит.

Потом была драка в борделе из-за девчонки. Исмаил до сих пор помнил, как ударил – и сталь с хрустом, преодолевая сопротивление, вошла в плоть. Как брызнула кровь, и какой острый, пряный был у нее запах. Исмаил не почувствовал ни тошноты, ни отвращения. И понял, что он – хищник. Его призвание убивать, рвать на части, терзать добычу. Он – сильный, и убивать – его право.

Последнее время он нарочно ходил по ночному Стамбулу, по самым темным и опасным его улицам, ища приключений. Доступные женщины и вдовы, которые падали в руки Исмаила, словно перезрелые персики, истекающие соком, то и дело встречались на его пути. Иногда даже неверные жены, мужья которых пренебрегали супружеским долгом. С парочкой рогоносцев у Исмаила были стычки, и он как всегда победил. Он научился преодолевать свой страх перед занесенной саблей или острым ножом, перед болью. Проще всего это сделать в битвах, но если войны сейчас нет, то сгодятся и драки в притонах.

«Я своего не отдам», – подумал Исмаил, крадучись, входя в комнату рядом с кухней для прислуги. Сюда забредали уставшие посланники, и не только кизляр-аги. Вздремнуть после дальней дороги и перекуса, сморенные усталостью и сытной едой. «Главное – не ошибиться».

В комнате с низким закопченным потолком чадила дешевая масляная лампа. Исмаил вгляделся в темноту. На топчане поверх тряпья навзничь лежал храпящий мужчина с крошками в жидкой рыжеватой бороде. Он был уже немолод, голова плешивая, на шее вздулись жилы. Исмаил усмехнулся: легкая добыча.

— Просыпайся, – он грубо потряс гонца за плечо. Исмаил не сомневался, что это он, но на всякий случай спросил: – Новости для кизляр-аги привез?

Ничего не понимающий спросонья ага таращился на Исмаила, пытаясь понять: кто это?

— Меня зовут? – он попытался приподняться. – Я сейчас… Воды только попью…

— Ты что-то узнал о новой наложнице султана? О толстухе, которую отыскали в стамбульских банях?

— Ты… – ага его, кажется, узнал. – Исмаил… Нет, ты Баграт… Ты же ее…

Он, не дослушав, ударил агу ножом в грудь, метя в сердце. Удар вышел точным и сильным. Ага захрипел и забился в предсмертных судорогах. Но Исмаил для верности полоснул его ножом по горлу и пружинисто отпрыгнул, чтобы не запачкаться в крови. После чего поспешно направился к выходу. Очутившись за дверью, он побежал по темному коридору и нырнул в темную кладовую, едва услышав шаги. Там остро пахло специями, и Исмаил торопливо зажал нос, чтобы не чихнуть.