Книга Бунт османской Золушки, страница 61 – Наталья Андреева

* * *

Она раскладывала одежду, поглядывая на служанку, приставленную к новой фаворитке кизляр-агой. Интересно, кому служит девушка? Ему или самой валиде? С виду девчонка – овечка. Но взгляд острый, как нож, когда она думает, что хозяйка ее не видит. Шекер Пара и сама научилась таким трюкам: исподтишка разглядывать людей, подмечая любые мелочи. Сюда бы сестру. Да хоть Карине, она гораздо сообразительней старшей, Седы. Но об этом можно только мечтать: отец и сестры сегодня ночью покинут на время Стамбул. Исмаил прав, им надо уехать.

— Как тебя зовут? – она с насмешкой посмотрела на служанку.

— Айше.

— А госпожа? Надо говорить: Айше, госпожа. Тебя нарочно выбрали, чтобы меня позлить? Мое первое имя в гареме тоже Айше. Мне его валиде дала. Тебя она прислала?

— Вы еще не госпожа. Госпожи – это сестры султана и его хасеки. А вас я буду звать хатум. Айше-хатум. А я просто Айше, – разговорилась вдруг девчонка.

— Тогда уж Шекер Пара-хатум. Это имя дал мне ночью падишах после того, как я сделала его счастливым. Вот увидишь: я скоро стану любимой хасеки. И припомню тебе твою дерзость.

— В покоях у повелителя много наложниц побывало и до вас. И где они теперь? Что в вас такого особенного?

— Я поумнее других буду. Тебе решать, кому ты будешь служить, мне или валиде.

— Кесем-султан мать падишаха, она здесь главная. И всегда так будет. Это закон. Есть еще и Турхан-султан. Мать наследника. Ее здесь любят. Она щедрая. А вы никто. Очередная фаворитка. Надолго ли?

— Я тоже могу быть щедрой. Вот увидишь: скоро сюда принесут подарки. А пока султан подарил мне это, – она тронула массивное колье на полной белой шее.

— Красивое, – глаза у девчонки жадно сверкнули. – Только денег-то у вас все равно пока нет. Мне-то что с того?

Шекер Пара разозлилась. Вот они, здешние порядки! Фаворитку султана даже служанка хочет унизить! Выставить ее вон?

— Айше, оставь нас! – раздался вдруг повелительный голос. Она вошла без стука, богато одетая женщина со светлыми волосами и яркими голубыми глазами. На взгляд Шекер Пара очень уж тощая, но все равно красивая. Очень.

— Госпожа, – рабыня присела. – Я раскладываю вещи хатум. Ей выделили эти покои по приказу повелителя.

— Ступай.

«Турхан-султан, – догадалась Сахарок. – Кто еще может так важничать?»

— Так вот ты какая, – султанша окинула ее внимательным взглядом, когда они остались вдвоем. – Я думаю, ты здесь ненадолго. У моего супруга внезапно изменился вкус. Его вдруг потянуло на сладкое. Как, говоришь, он тебя назвал? Сахарок?

— Шекер Пара, – она низко присела. Чтобы втереться в доверие к главной хасеки, надо выказать покорность. – Спасибо, что почтили меня своим вниманием, госпожа.

— А мне сказали, что ты дерзка, – удивленно посмотрела на нее мать наследника.

— Это все сплетни. Я бедная девушка, которой повезло попасть в гарем. И я этим очень дорожу.

— И ты, конечно, знаешь, кто здесь главный? – прищурилась Турхан.

— Валиде, как гласит закон, – Шекер Пара еще раз низко присела. – А после нее – мать наследника.

— И чью сторону ты примешь?

— Я не знала, что вы с валиде по разные стороны, госпожа. Моя обязанность доставлять султану наслаждение, если он вас больше не зовет, – не удержалась она.

— Я уже родила ему сына, и даже двух, – надменно сказала Турхан. – Еще у нас две дочери. Никто из хасеки не родил Ибрагиму больше детей, чем я!