Книга Мечты, присыпанные пеплом, страница 42 – Наталья Андреева

— Это ее не касается! Она объявила войну мне и моей невесте! И тебе, потому что потребовала тебя казнить. Поэтому ты сделаешь все, чтобы моя свадьба состоялась.

Исмаил понял, что у него нет выбора. Но никях – это еще не конец. Нужен наследник, тот, кто взойдет на престол после Ибрагима.

— До свадьбы Хюмашах по нашим законам должна жить где-нибудь в другом месте, – озабоченно сказал султан. – Мне надо подыскать для нее подходящий дворец.

— Значит, скоро в Топкапы будут две свадьбы?

— Кто тебе сказал?

— Юсуф-паша возвращается в Стамбул. Валиде решила ускорить его свадьбу с вашей сестрой. Она уже отдала распоряжение на дворцовые кухни. Приготовления идут.

— А что ты думаешь о Юсуфе? – в упор посмотрел на него султан.

— Я приготовил подробный отчет, когда ещё был под стенами Канеи. О злоупотреблениях Юсуф-паши властью и его непочтении к вам.

— Почему я не видел этот отчет?

— Вы были так довольны нашей великой победой. Я не стал ее омрачать. Но вам неизвестна ее цена, повелитель. Больше половины солдат из посланной вами на Крит вместе с сердаром армии погибли еще до начала решительного штурма, во время которого крепость Канея была взята. Военачальники, а в особенности Юсуф-паша, погрязли в коррупции, все они взяточники. Новости с Крита плохие. Наша армия осадила столицу, но у защитников Кандии полно припасов, оружия и солдат. Крепость и не собирается сдаваться, а наша армия тает. Юсуф-паша попросту сбежал. Он не вернется на Крит после того, как женится на Фатьме-султан. Валиде хочет сделать Юсуфа-пашу великим визирем.

— Я знаю, – сквозь зубы сказал Ибрагим. – Но главным визирем недавно назначен Ахмед-паша. Он мне нравится. Но раз мать противится этому, не должен ли я ее поддержать?

— Вы должны этому помешать. Юсуф-паша – вор. Мало того: он вдохновитель зреющего заговора против вас. Когда я привез ему ваш указ, он поцеловал вашу печать с таким лицом, будто это для него унизительно. Это видели все. Он роняет ваш авторитет среди солдат, а это чревато бунтом.

— У тебя есть свидетели?

— Солдаты подписали то, что я им прочитал. О болезнях и голоде среди осаждающих.

— У тебя есть эта бумага?

— Да.

— Принеси.

— Она при мне. – Исмаил достал свиток.

— Так ты знал, о чем будет наш разговор?!

— Я ждал, когда вы сами его начнете. Потому что знаю о том, что на днях Юсуф-паша прибудет в Стамбул. В столице неспокойно. Его ждут. Султанзаде Мехмед-паша мертв, но остались его сторонники, и их много. Они против войны с венецианцами. Юсуф-паша приезжает, чтобы уговорить вас подписать мирный договор. Ваша мать поддерживает сердара. Сами судите, повелитель, заговор это или нет.

«Это война между мной и ею… И тобой!» – вспомнил Ибрагим слова матери. Разумеется, она попытается настроить против него армию. Власть правящей династии давно уже пошатнулась. С тех пор как опозорили и безжалостно убили падишаха Османа второго. Янычары уже знают вкус благородной крови. Ибрагим весь затрясся, он вдруг почувствовал, что задыхается.

Исмаил едва успел его подхватить:

— Что с вами, повелитель?

— Не зови… никого… – прохрипел Ибрагим.

У него начались судороги, лицо исказилось. Исмаил чувствовал сумасшедшее биение сердца под своей рукой, пока тащил султана на ложе. Ибрагим был тучен и тяжел, но никого нельзя было сюда звать. Кое-как уложив падишаха, Исмаил кинулся к кувшину с водой. Это был один из приступов паники, которые мучили несчастного Ибрагима с детства. Тут пригодилось бы одно из снадобий Джинджи-ходжи. Но черные колдуны в империи не перевелись. Разве что найти замену Джинджи?